В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

В душе он клял себя на чём свет стоит – и змею не спас, и секрет открыл. А ведь Сметвик предупреждал, что знание змеиного языка – это полный… В общем, нехорошо это. Теперь на собственной шкуре предстоит проверить, насколько это нехорошо.

– Господа упиванцы, – медленно сказал Бёрк после пары минут напряжённого молчания. – Я даже как-то рад, что ваш господин не умер бездетным, и род Мраксов не пресёкся. К тому же, я прекрасно осознаю, что такое вассальная клятва, и что грозит ослушникам. Но давайте сократим число конфликтов до минимума – сейчас не те времена, чтобы затевать свары внутри факультета. Идёт?

Пока Гарри силился понять, о чём, собственно, речь, к ним подошёл Нотт, властно отстранил Малфоя, ухватил Гарри за шкирку и подтолкнул в сторону Ургхарта:

– Проводишь милорда в спальню. Малфой, бегом к декану. Годится, Бёрк. Обмен информацией взаимный, я надеюсь?

Бёрк устало потёр лоб и молча кивнул.

====== Глава 27 ======

– Ничего не трогай, пожалуйста, – привычно попросил Гарри, и Лонгботтом покорно кивнул. Невилл даже руки за спину спрятал, потом испуганно оглянулся на Снейпа, втянул голову в плечи и принялся аккуратно раскладывать отобранные в кладовой ингредиенты. Гарри не возражал – опытным путём было выяснено, что на этом этапе взрыва устроить нельзя.

Поттер внимательно посмотрел на доску, где чётким почерком Снейпа был записан рецепт заданного на сегодня зелья, и про себя прикинул последовательность действий при варке. Вроде бы должно получиться. Руку он немного набил, хотя по-прежнему многого не понимал.

– Вот, Гарри, я порезал мяту, – шёпотом сказал Невилл. – Я самую лучшую взял, видишь какие листья? И пахнет чудесно.

– Расскажи, – попросил Гарри, засекая время кипения. Лонгботтом робко улыбнулся и принялся посвящать приятеля в тонкости выращивания и заготовки правильной мяты.

Как только речь заходила о растениях, Невилл мигом успокаивался и даже на Снейпа почти не обращал внимания. Это Гарри тоже выяснил опытным путём, когда после очередного разноса от декана в сердцах бросил: «Ненавижу я эту чемерицу, чем бы она ни была!»

И мямля Невилл внезапно разразился страстной речью в защиту травы с дурацким названием. Правда, речь произносилась опасливым шёпотом, но Лонгботтом не заикался, договаривал предложения до конца и был очень убедителен – уже через пять минут Гарри свято уверовал в чудодейственные свойства чемерицы.