В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

А ещё Снейп приказал ему не распространяться о своём детстве:

– Ни в коем случае не стройте из себя сироту, мистер Поттер, потому что на факультете учится множество настоящих сирот. Их, в отличие от вас, никто не баловал и жизнь у них намного хуже вашей.

– Как у вас? – не удержался Гарри, вспомнив тётин рассказ о детстве Снейпа.

Ой, лучше бы он помалкивал. Снейп медленно поднялся из-за стола и зашипел на Гарри, как огромная гадюка:

– Вон! Вон, негодный мальчишка, пока я вас не проклял!

Гарри сам не помнил, как выскочил из кабинета декана.

С тех пор он старался держаться подальше от Северуса Снейпа и стал разделять тётино отношение к этому угрюмому и язвительному магу. Остальные змеи, кстати, тоже Снейпа не любили, но уважали и побаивались – в гневе декан был воистину страшен.

Поразительно, но ни один профессор Хогвартса не показался Гарри похожим на нормального учителя. Разве что, Помона Спраут искренне любила свой предмет и неплохо относилась к ученикам. На гербологии ученики, в основном, практиковались в уходе за разнообразными магическими растениями под неспешные рассказы мадам Спраут о свойствах этих растений. Ни зубрёжки классификаций, ни приготовления срезов для микроскопа, ни проверочных тестов – кружок садоводов-любителей, да и только. Тётя Петуния посещала такие посиделки раз в неделю: дамы-садоводы пили чай, сетовали на ранние заморозки и хвастались капризными сортами роз, выращенными в открытом грунте.

В принципе, это было неплохо, в теплицах профессора Спраут Гарри отдыхал от других предметов и их преподавателей. Но отнестись к гербологии серьёзно, как к научной дисциплине, у него не получалось.

Остальные преподаватели, за исключением Филиуса Флитвика, вызывали у Гарри состояние, близкое к шоку.

Историю магии преподавало привидение, серьёзно зацикленное на гоблинских восстаниях.

Защиту от тёмных искусств вёл молодой болезненный маг Квиринус Квиррелл, чьё заикание заставляло усомниться в его профпригодности. Дурацкий тюрбан и невыносимый чесночный дух тоже не добавляли профессору Квирреллу популярности.

Профессор Синистра, ведущая астрономию, сухо и монотонно рассказывала о своём предмете, давала гигантские домашние задания и исхитрялась из интереснейшего предмета сотворить невыносимо скучную заумь. Когда Гарри понял, что с тоской разглядывает в телескоп великолепное звёздное небо, он решил пропускать мимо ушей бубнёж Синистры и изучать астрономию самостоятельно.