Сердце из тьмы и тумана

Штормхолд ведь большой, много всего происходит. Я не видела здесь газет.

– Школа частная, сюда мало кто попадает случайно. – Одри пожала плечами, но мне показалось, как-то неуверенно. – Не интересуюсь новостями, извини. Ого, это Шторм?!

Она приникла к окну, и я, услышав фамилию Ингрид, последовала ее примеру, запоздало сообразив, что ничего интересного в наблюдении за бывшей подругой из окна лазарета, в общем-то, нет. Но как же я ошибалась!

Ингрид понуро брела по дорожке к воротам, еле волоча здоровую сумку.

– Она уезжает? Сама?! Почему?!

– Отчислена, – ответила задумчиво Одри.

– Может, за воровство?

– Я ведь никому не говорила.

– А то директор дурачок и думает, что вы с Даркхолдом поскандалили просто потому, что влюбились.

– Никто ни в кого не влюбился!

Я снова посмотрела в окно, где Ингрид неловкими движениями пыталась отпереть ворота. Никто не спешил ей помочь, Олбран больше не управлял школой, а всем остальным было плевать. Наверняка они точно так же смотрели на нее из окон. Кто-то боялся, что может оказаться на месте Ингрид, а кто-то радовался – просто потому что появилось что обсудить за ужином.

– Как она доберется до города?

– Понятия не имею. Может, чему-то в этом замке она все же научилась?

– Хочется верить, ей есть где и на что жить.

Уйти почти в конце обучения, без диплома, с позорным клеймом в личном деле? Нет, это слишком. Ингрид заигралась, но она ревновала. Я много думала об этом и все никак не могла найти в себе нужные эмоции, чтобы воткнуть кому-то в спину нож, но вдруг ее чувства к Дарку были настолько сильными, что разум отключился?

Я бы дала ей доучиться. Наверное, Одри права, я слишком бесхребетная.

Когда Ингрид уже отчаялась справиться с замком на воротах, мы увидели еще одну фигуру, быстро направляющуюся по дорожке. Парень выскочил как был, в рубашке, и наверняка мгновенно продрог: на школу снова опустился холодный влажный туман, перемежавшийся дождем.

– Это кто? Не могу рассмотреть.

Одри рассмотрела? Или догадалась?

Они о чем-то говорили. Долго, почти пять минут, и я пожалела, что не могу слышать, о чем. Хоть и вновь устыдилась. Сплетни оказались затягивающим делом. Усилием воли я заставила себя сесть обратно на стул и взяла чашку. Жаль, чай остыл.

– А можно вопрос? Ты сказала, что знаешь Дарка с детства. Какие у вас были отношения?

– Обычные, – пожала плечами Одри. – Общались.