Аленький цветочек

А эта… Если её что и интересует в гоминоиде, так только размеры его пениса…

Неизвестно, как у снежного человека было с мужской доблестью, а вот профессор Беллинг говорил по-русски превосходно, немного акая, как подобало бы коренному жителю Подмосковья. «Откуси я собственную голову – опять наш человек, – Звягинцев посмотрел на его широковатый курносый нос, на крупные мужицкие руки, вздохнул. – Чёрт, чёрт, чёрт. Вся наука у них заквашена на русских мозгах. А в самой России скоро останутся только чекисты, политики и новое поколение, которое выбирает экстази. И хрен бы с ними со всеми, да за державу обидно…»

Чтобы не расстраиваться, он заставил себя улыбнуться и произнести бодрым голосом:

– Итак, коллеги, давайте к делу. Выдвигаемся к месту разбивки лагеря колонной, мы идём в голове, вы замыкаете, связь по телефону. Остановки по мере надобности, не более пятнадцати минут. Надеюсь, господа, вы кока-колы перед дальней дорогой не перебрали? – Он снова улыбнулся, хлопнул Изю по плечу и закричал громче, чем следовало: – Иван Степаныч! Поехали!

Поехали. Сразу выяснилось, что в городских условиях Петро, оказывается, водит свой драндулет сдержанно, тактично, а главное, с огромным уважением к правилам дорожного движения… Во всяком случае, так стало казаться по сравнению с тем, как он повёл себя на шоссе. Ах, какой русский не любит быстрой езды?.. И уважает кровососов-ментов?.. А ещё Петро обожал громкую привольную песню в исполнении бортовой электроники. Такую песню, чтобы в лад с ней гулко вибрировала броня, буйно пульсировала кровь и в размере четыре четверти ходили ходуном все внутренние органы. Особое предпочтение он отдавал творчеству команды «Сектор Газа» и проникновенно волнующему баритону Аркадия Звездина-Северного.

Словно стальной болид летел вдоль осевой ревущий БТР, только мелькали за бортами северные ели. Эдик от звуков музыки неожиданно оклемался, даже начал подпевать:

– Юбку сдуло, обнажился срам…

Слуха у него никакого не было, голоса тоже. Готовый эстрадный певец.

За Кильдымстроем, там, где стоял знак ограничения скорости и затаились с радаром алчущие гибэдэдэшники, один из них сунулся было с полосатым жезлом на обочину, но, поподробнее разглядев колонну железных монстров, сразу поскучнел и убрался в патрульный «жигулёнок». Дескать, едет себе БТР со свитой – и нехай едет…

Грохотали динамики и моторы, убегала назад выщербленная асфальтовая лента. Водители встречных машин загодя шарахались к обочине. Колонна двигалась на юг.