Цветная музыка сидхе

Только вот… Я хорошо помнила его слова. Давно, еще когда не мог говорить из-за печати вечной немоты и общался со мной записками, он написал: «Или ты, или тебя. По-другому не получится. Это жизнь».

Да, это так. Я понимала и вовсе не терзалась угрызениями совести оттого, что превратила жриц в камень. Ничуть. Тут иное… Я не жалела их, тех, кого так ненавидела, но боялась себя и того, что могу еще натворить. Но не говорить же об этом? Я и так за последний год сильно изменилась, стала более жесткой, возможно, даже жестокой. Это тоже пугало. Что станет со мной через столетия, тысячелетия?

— Не знаю, — пожал плечами Дарио, не подозревая о моих размышлениях и отвечая на вопрос. — Думаю, за пару недель обернемся. Ты даже не успеешь по мне соскучиться.

Последнее предложение он произнес с некоторым сомнением, словно был не уверен или же хотел, чтобы я запротестовала и сказала, что на самом-то деле я успею соскучиться.

В город Дарио должен был отвезти господин Жаник, а жеребца лорда решено было оставить в нашей конюшне. Я порывалась отправиться провожать, но мне не позволили. Ни Ирма, принявшаяся бурно доказывать, что нечего мне там делать, ни сам Дар, который с досадой поморщился, но потом всё же снизошел до объяснения:

— Рэми, у многих возникает вопрос: что за невероятное заклинание превратило жриц в камень. Не стоит тебе показываться там и привлекать лишнее внимание. К тому же часть дагрийцев жива и в сознании. И как ты понимаешь, они весьма недовольны провалом своей миссии, а также тем, что их пленили и в таком позорном виде собираются переправлять на родину.

— Насколько позорном? — живо заинтересовалась я.

— Они закованы в кандалы, с них сняты оружие, драгоценности и все амулеты и артефакты, коих нашлось немало, кстати. Статуи сестер Неумолимой обложены соломой, поверх обмотаны тряпками и перевязаны веревками, чтобы не побились. Хотели сначала в ящики еще упаковать, но это лишний вес. Дагрийцы — и живые, и каменные — помещены в несколько облегченных клеток. И вот как раз эти клетки понесут в лапах драконы.

— Какая прелесть, — хмыкнула за моей спиной Ирма.

Дарио бросил на нее нечитаемый взгляд, но никак не прокомментировал. А я злорадно улыбнулась, хотя ранее себя на подобных эмоциях не ловила, и протянула:

— Хорошо-о-о. Просто замечательно. Интересно было бы увидеть лица короля Дагры и придворных, а также храмовниц.