Цветная музыка сидхе

Он убил нашего общего отца, отравил чем-то, и того не смогли вылечить. Папа мучительно умирал больше двух месяцев. Гаспар перерезал горло моей маме, своей мачехе, и выдал это за самоубийство от горя по почившему супругу. На меня велась охота, пока я была в бегах.

— Кровная месть за свое сокровище для дракона священна! — постановил третий из старейшин-драконов. — Обжалованию, обсуждению и осуждению не подлежит! Мы полностью принимаем и подтверждаем право тех лордов на свершение кары. Отклоняем претензии представителей Дагры как к леди Рэмине, так и тем двум драконам, что казнили Гаспара дас Рези.

От сестер Неумолимой полыхнуло такой ненавистью, что я вздрогнула. Но они не стали спорить, что удивительно. Либо так хорошо разбираются в психологии драконов, либо у них еще не все обвинения озвучены.

Впрочем, я поспешила. Одна из жриц не выдержала, повернулась ко мне и выплюнула:

— Блудница, спутавшаяся с нелюдем!!!

Чуть склонив голову к одному плечу, я сквозь вуаль присмотрелась к ее ауре. А ведь она маг, и весьма неслабый. И я, сама удивляясь своему ледяному спокойствию, произнесла, глядя ей в глаза:

— Сестра, вы ведь одаренная. Вы видите ауры. Знаю, что видите, потому что являетесь достаточно сильным магом. И не только вы. Ваши сестры по вере тоже. Не понимаю только, как это укладывается в политику Дагры о немедленной смерти на очищающем костре всех, в ком есть хоть искра дара. Так вот, для вас троих, сестер Неумолимой, одаренных сильных магов, — моя аура как на ладони. А значит, вы в курсе, как и все присутствующие здесь маги и архимаги, что я невинна и еще не была с мужчиной. Я блюду свою честь и все еще девственна. Ваши нападки беспочвенны.

Жрица скрипнула зубами, вновь полыхнула эмоциями, но промолчала. Я ждала какой-то реакции на свое заявление от остальных послов моей родины, от аристократов, но… Они знали. Они все знали то, о чем я догадалась случайно. Сестры Неумолимой — все магички. И они уничтожали всех, кто мог бы составить им конкуренцию.

— Подтверждаю, — подал голос старейшина-эльф, не дождавшись ни слова от обвинителей. — Леди дас Рези еще не познала мужской любви, она невинна.

— Хорошо, — медленно кивнула оскорбившая меня жрица и нехорошо прищурилась.

— Следующая претензия? — подал голос архимаг Лагрен.

— Данная особа ограбила наследников графа дас Рези и других жителей Дагры, достопочтенных лордов, — встав с места, заявил один из мужчин Дагры.

— Поясните? — спокойно попросил старейшина.

— Во-первых.