Лукоморские царства

Чесалось невыносимо, и Степан, если бы мог, и ногой попытался бы достать!

— Может, его связать? — задумчиво предложил Волк.

— Котик, напой ты Степану, пусть он просто поспит, пока это не пройдет! — Катерину Степана и жалко было и смешно. Уж очень он забавно выглядел с полосатым лицом!

— Правильно! А мы пока с Катюшей слетаем! — поддержала Катерину хихикающая Жаруся. — Сивка вон тоже передохнет.

— Ну… Ладно, давайте! Сказка простая совсем, и тварей там нет, вокруг уже сказки живые, никто их не видел. — Баюн строго глянул на Степана и замурлыкал. Тот как сидел, так и рухнул на сундук, да ещё гулко приложился головой о крышку. Кот поморщился. — Да осторожнее там!

Катерина кивнула и радостно выскочила из Дуба. Радостно, потому что сказка была легкая, территория небольшая, а день такой приятный! Теплый, мягкий, и светлый как Жарусино перо.

И у Волка и у Жаруси настроение было просто чудесное! Долетели быстро, без приключений, зато встретился легкий ветерок, который с удовольствием увязался за ними и некоторое время играл с Катиными волосами и перышками Жаруси.

— Вон сказка, Катюша! Спускаемся! — Жаруся легко опускалась, покачиваясь с воздухе, и не делая никаких движений крыльями.

Катерина обняла Волка, чтобы не волновался, махнула рукой Жарусе, чуть не забыла Степанов рожок. И ушла в туман. И даже эта муть не смогла её настроение испортить! Даже старик нашелся сразу! Сказка про Птичку-невеличку, красные перышки, золотой носок рассказывалась тоже легко.

— Давным-давно жили старик со старухой. Детей у них не было, не было радости. Пошел однажды старик в лес за дровами. Выбрал дерево сухое, стал рубить. Вдруг откуда ни возьмись, прилетела маленькая птичка, птичка-невеличка, села на ветку и запела. Да так залилась, защелка, что старик только диву давался…

Вот поймал старик птичку, осторожно спрятал в рукавицу, и бережно-бережно понес домой своей старухе. И так они радовались и так заглядывали друг другу в глаза, надеясь, что теперь немного радостнее будет им жить. А птичка-девушка, и правда принесла им радость, да и не только им, а и царевичу, который её увидел, да и влюбился!

— Как же славно получилось! — думала Катя, глядя на рассеивающиеся в воздухе клочья тумана. Как вдруг её кто-то окликнул.

Катерина оглянулась. Со стороны рощи к ней медленно приближалась маленькая старушка, шла медленно, тяжело опираясь на клюку. Голова склонена, укутана платком. В руке, свободной от посоха, маленький узелок.