Троя. Пепел над морем

А вот и сам Левкаст перехватил поводья у возницы, который упал, обливаясь кровью. Брошенное копье достало его. Знатный аристократ нахлестывает коней, уходя в тыл. Не так у ж неуязвимы эти танки Бронзового века. Если яйца у пехоты крепкие, она выстоит против такого натиска на раз. А вот с колесницами хеттов им бы пришлось куда хуже. Там ведь лучники в экипаже. Пять-шесть стрел за один проход. Два колчана за первый час боя. Такие колесницы — страшная сила. Вот дайте только выбраться со своих островов на простор. Я этот мир еще и с серпоносными колесницами познакомлю. Вот это будет психическая атака! Залитые кокаиновым дурманом каппелевцы, что шли на пулеметы в плотном строю, нервно закурят в сторонке. Хотя… полная фигня колесницы эти. Для ополчения еще страшны, а длинные копья остановят их тут же.

Да, микенский аристократ Левкаст не ошибся. Колесницы прошли раз, потом другой, а затем ушли в тыл, потеряв почти половину лошадей. Их оказалась слишком мало, а потому знать спешилась и встала в общий строй. Дорийцы держатся крепко, ведь у них за спиной — немыслимое богатство, за которое не страшно умереть. Сотни волов и коров, тысячи овец и коз…

Скот — основа здешней жизни. Единственная ценность, мерило богатства и знатности. Если ты имеешь надел земли, пару быков, корову и десяток овец, то тебя считают уважаемым, состоятельным человеком. Ты можешь купить копье, длинный бронзовый кинжал, отличный щит и, если боги дадут несколько урожайных лет подряд, то даже шлем. А на шее твоей жены будут висеть синие бусы, микенская имитация афганского лазурита, сделанная из окрашенного стекла. Фальшивый шик для состоятельной деревенщины. Есть у тебя двадцать коров — ты богач, а твоя жена щеголяет в оригинальных брендах. То есть лазурит на ней самый настоящий, да еще и янтарные серьги в ушах болтаются, вгоняя в оторопь завистливых соседей. А уж если коров у тебя целых двести, то для такого даже названия не придумали. Не у каждого царя есть столько, у самых богатых только. У Агамемнона, пожалуй, у Менелая, у Нестора из Пилоса, и у басилеев Аргоса и Тиринфа. Остальные царьки куда пожиже будут. Все эпические герои, начиная с Геракла и до Ромула с Ремом промышляли кражей коров, и эти деяния завистливым потомством почему-то оценивались как подвиги. Так что скот — это наше все. Эти люди умрут за коров и овец, которых уже считают своими. Они ни за что не отступят.

Огромная масса дорийцев ударила в центр микенского войска, едва не прорвав его.