Трофей для Зверя (СИ)

Все боялись! Стоило ей только нахмуриться и все в радиусе десяти метров покрывались испариной и белели от страха. Этот же продолжал сидеть и как ни в чем не бывало, смотреть ей прямо в глаза.

— Откуда ты?

— Я уже говорил. Из Вьюр-Тана.

— Ты понимаешь, что я прямо сейчас могу отправить туда гонца, чтобы он подтвердил твои слова.

— Отправляй, — Маэс пожал плечами.

Его взгляд нервировал все больше. Обычно Мелена подмечала детали, читала собеседника как открытую книгу, чувствовала его настроение. Здесь не чувствовалось ничего, словно не человек перед ней сидел, а каменная стена.

Это было так странно…и знакомо. Будто она уже видела такое непробиваемое спокойствие. Вот только где?"

"И память услужливо подбросила образ закованного в цепи песчаного кхассера.

* * *Мелена больше ничего не говорила и не спрашивала. Она подалась вперед. Уперлась локтями в колени, сложила ладони домиком и кончиками пальцев задумчиво прикоснулась к губам.

Слишком много странного.

Он не похож на жителей Милрадии ни повадками, ни манерой держаться.

Он не боится. А самое главное, он появился после колебаний у Сторожевой Гряды. Через зимнюю границу нельзя пройти…но что, если способ все-таки имеется, и андракийцы нашли его? Что если он и есть адракиец? Он так похож на того, другого.

Но у кхассера были глаза зверя, а у этого — обычные.

Самый простой способ проверить, это посадить его под замок, и отправить гонца во Вьюр-Тан. Неделя до деревни, неделя обратно — Мелена чувствовала, что этого времени у них нет.

Пытать его бесполезно. Если это действительно андракиец, то что угодно делай — не сломается. Она уже пробовала смять кхассера, и ничего не вышло.

Почему у него обычные глаза? Они ему не идут. Здесь к месту был бы янтарь…

Может, не кхассер, а простой воин с той стороны?

Не-е-ет… Она покачала головой, споря сама с собой. Много ей доводилось видеть и простых воинов, и командиров, и ни у одного из них не было такой уверенной надменности ни во взглядах, ни в движениях.

Даже сейчас, сидя в клетке, он выглядел так, будто она надоедливая мышь, которая пожаловала в его дом.

Смотрел на нее не отрываясь, без единой эмоции и равнодушно ждал.

— Не выпускать его, — наконец, произнесла Мел, поднимаясь на ноги.

— И долго он тут койку будет занимать?

— Столько, сколько я скажу.

Проницательные глаза чуть прищурились, провожая ее взглядом до двери. Он так смотрел, будто прикасался, между лопаток аж давило, но Мелена ушла, не оборачиваясь.