Истребители. Трилогия

Понятное дело, на все их просьбы руководство страны отвечало отказом. Для нас выпустить секретоносителя такой категории это уму непостижимо.

– Ну я тут с тобой согласен, – допив коньяк, согласился я.

– Не найдя поддержки со стороны нашего руководства. Союзники нашли другой выход. Понимаешь, нам не хватает некоторого оборудования. Сами, думаю, мог заметить качество выпускаемой техники. Не все они нам отпускают по Ленд-лизу, кое-что сами мы произвести просто не можем. Какие мы им только деньги не предлагали, и ничего.

– Не хотят продавать высокоточные станки вероятному противнику.

– В точку, однако, месяц назад они сами вышли на нас и предложили поставки некоторого оборудованию нужного нам как воздух. Это заставило задуматься руководство нашей страны.

– Неужто продали меня? – удивился я.

– Грубовато высказался, я бы сказал обмен. Понимаешь, они хотят видеть певца, пластинки которого с фурором раскупаются за границей. Это было бы неплохим сдвигом престижа нашей родины.

– Ну надо, значит поедем, только я сомневаюсь что разрешат.

– Уже разрешили, послезавтра об этом объявят по радио, что известный ас и певец Вячеслав Суворов отбывает к союзникам с музыкальными концертами по многочисленным просьбам союзников.

– Понятно, кто еще кроме меня едет?

– Я, ты и еще восемь человек. В основном музыканты и два корреспондента.

– Ладно хоть заранее предупредили. А в Кремль тогда зачем?

– Это официальное мероприятие, на котором будут находится наши заграничные гости.

О твоем вояже там будет официально объявлено.

– Уже известен маршрут?"

"– Да. Через Архангельск на Аляску и в течение двух месяцев будешь выступать по городам Америки. Потом на Тихоокеанской базе американского флота, нужно показаться перед армейцами, следующая Австралия у них большой ажиотаж и напоследок Англия. Потом уже вернешься к нам. Рассчитано все на четыре месяца.

В это время дверь открылась, и в комнату протиснулся Денис. Он уже научился открывать-толкать двери.

Посадив его на колени, я убрал все вещи с края стола, и сунул сыну в руки мягкую игрушку.

– Ладно, говори, что я должен делать?

***

Проснулся я от тряски. Самолет провалился в очередную воздушную яму. Мне это не понравилось, что-то было не так. Слишком нас кидало из стороны в сторону и что-то громыхало. Приподнявшись, я поправил спасательный жилет и посмотрел в иллюминатор. Несмотря на три часа дня снаружи была темень и сверкали молнии.