Истребители. Трилогия

Те же только на французском языке, по моему мнению получилось неплохо, а вот Быков был в экстазе, он знал этот язык.

– От винта!"

"– Есть от винта! – выкрикнул Лаптев откатывая компрессор.

Мотор уже был прогрет, когда я подошел под скрип снега под подошвами своих полуботинков. Взобравшись осторожно на крыло, после с помощью механика в теплую, нагретую кабину истребителя. Запустив заглушенный мотор, я стал гонять его, проверяя на обороты. Все было в порядке.

– Мушкет, я База, вылет разрешаю. Как слышите меня, прием?

Поправив ленд-лизовский шлемофон, я ответил радисту Центра:

– База, я Мушкет, вас понял, взлетаю.

Пока полки находились на территории Центра, все полеты были через них.

Проверив хождение элеронов и подкрылков, я покатил ястребок на взлетную площадку. Взревев двигателем, машина пошла на взлет. Вы думаете я крутил фигуры высшего пилотажа? Хазер. С моей-то ногой. Рано еще. Просто ознакомительный полет.

Сделав несколько простеньких виражей я стал оценивать истребитель, и чем больше я сидел в кресле пилота, тем больше и больше нравилась мне эта машина.

Я был в воздухе минут десять как стали возвращаться с вылета два полка. Первыми шли «пешки» за ними чуть отстав сопровождали их Ла-5. Короче занимались не своим делом. Мы охотники. Видимо комполка решил дать наглядную практику сопровождения бомбардировщиков и когда представился случай, воспользовался ею. От строя отделился одинокий «лавочкин» и понесся ко мне. Через несколько секунд, мои ведомый занял свое законное место прикрывая мне спину.

Однако я отправил его вниз, узнав, что баки у него были фактически пусты.

Загнав свою машину под масксеть, и отдав ее в опытные руки механика, поигрывая тростью я направился в общий зал где обычно проходили обсуждения вылетов и расшифровки ошибок.

– Ну что герой, вернулся? – Спросил у меня подполковник Стриж, как и все одетый в летный костюм.

– Вернулся, – хмыкнул я, после чего вытребовав трех помощников, направился к себе за подарками из города. А вечером когда употребляли наркомовские за первые сбитые в полку, во время ужина прозвучала моя первая песня.

Когда я ее услышал, сам удивился звучанию. Очень проникающая в душу песня несмотря на мой довольно грустно-веселый голос в репродукторе. Песня «Люди встречаются» стала хитом за эту неделю, а когда прозвучала «Песенка велосипедистов»… Бедный я.

Однако это было еще не все.

Вечером после общего собрания мы отмечали не только мое возращение, но и первые сбитые полком самолеты противника.