Анжелика

Выслушал командира и кивнув головой, пошел отдавать распоряжение кухарке помочь собрать детей в дорогу, а заодно предложить и ей поехать с нами. Она одинокая пожилая женщина и я думал, что не откажется. А с женщиной в дороге будет легче управляться с детьми.

И да, я не настолько скотина, чтобы лишать Эдвина нормального будущего, которое ему может дать его дед. И хоть я привязался к мальчонку, но ему, действительно, будет лучше, если он познакомиться с настоящим дедом и будет расти в его семье.

***

Анжелика

Даниэль уехал и я долго ходила по поместью и нервничала, так как то, что он сказал про отца моего тела, не укладывалось в моей голове. Он что, вообще с катушек слетел???

Как он мог так поступить? Он же не мог не понимать, к каким последствиям это приведет?

Тут же мысли переключились на Эрика, который пострадал из-за родства с этим ненормальным, и я заставила Мирона рассказать мне, все, что известно. Хотелось, конечно же, кинуться в эту Академию и увидеть брата, но я понимала, что так могу сделать еще хуже.

Мирон меня успокоил, что ничего сильно серьезного с братом не случилось, что сейчас Эрик под охраной в лазарете и то, ректор спрятал его там больше для того, чтобы защитить. В общем, успокоил меня немного. И даже пообещал отправить кого-нибудь туда с письмом для брата, если я захочу его написать.

Я тут же набросала записку и отдала ему.

А спустя время человек Мирона вернулся обратно и привез для меня ответное письмо, в котором Эрик просил меня быть аккуратной и писал, что он обязательно отправится воевать добровольцем, постарается смыть позор с нашего рода, что презирает отца за его поступок и жалеет, что у нас такие родители. А еще написал, что очень любит меня и мою дочку, хоть и не видел её еще…

Прочитала эти строчки и расплакалась. Эрик, милый, честный парень, да я буду молиться всем богам двух миров, чтобы они уберегли тебя, и мы смогли еще увидеться.

А потом долго всматривалась в окно, ожидая возвращение Даниэля, но, усталость взяла своё и я вырубилась, когда укладывала Машу спать.

Проснувшись утром, я сразу поняла, что герцог возвращался домой, так как на видном месте лежала записка от него, в которой он просил меня не геройствовать, позаботиться о дочери и его матери с сестрой и слушать во всего Мирона, который теперь становился нашим охранником. Писал, что через два-три дня нам предстоит отправиться в Энск и переждать, пока не закончиться смутное время. И что потом мы обязательно встретимся и все решим.