Газлайтер. Том 26

Значит, либо погиб, либо провалился. Неизвестность раздражала Дамара, как заноза под ногтем. Он терпеть не мог неопределённости. Не выносил её даже на уровне погоды, не то, что в делах.

Он больше не собирался рисковать, посылая очередного самоуверенного идиота, с которым у него есть лишь устные договоренности. На этот раз — только того, кто контролируется полностью ментальными закладками.

Дамар выбрал марионетку.

Орликан. Шпионская птица, выращенная в гнёздах под его личным контролем. Безвольная, выдрессированная. Птица с небольшим мозгом и точной маршрутной логикой.

— Увидеть. Найти тигрицу. Вернуться, — велел он и прикрепил к спине орликана миниатюрный портальный камень — заранее настроенный на замковую территорию Филиновых. Не просто попасть туда, ох не просто. Но заготовка у него была, пусть и одноразовая. Щелчок — и птица исчезла в искре пространства.

Цель: Невский замок.

Он ждал.

С минуту, с две…. Потом — мерцание воздуха, лёгкое колебание ауры — и орликан возвращается, тяжело хлопая крыльями. Приземляется на спинку кресла, весь из себя довольный. Клюв в крошках от зерен.

— Я тебя отправлял не жрать, а следить, — разозлился лорд.

Дамар мгновенно подключается к питомцу. Проваливается в сознание птицы — и замирает.

Лорд-дроу видит пейзаж сверху. Замок. Внутренний двор. И там… исполин."

"Громадный, бурый филин возвышается над постройками, как живое олицетворение шторма. Перья струятся, как облака. Лапы — размером с повозку. Глаза — прожектора. Филин медленно поворачивает голову — и смотрит прямо в небо, прямо в птицу.

Дамар резко отстраняется. Сердце едва не пропускает удар.

Что за иллюзия? Филинов сумел добраться до птицы? Да как он умудрился!

А потом орликан кашляет.

Птица хрипло раскрывает клюв, подрагивает — и с глухим, почти влажным шлёп что-то падает на руку Дамара.

Голубая медуза. Слизистая, пульсирующая, мягкая, как резина. Она ещё чуть дёргается.

Дамар замирает. Мгновенно узнаёт это желеобразное тело, пульсирующее голубым светом.

Глубососка.

— Боги спасите, — выдыхает он почти беззвучно.

И тут же пытается стряхнуть её, но не может. Щупальца обвились вокруг запястья, вцепились, словно нарост. Он резко дёргает руку — но вместо освобождения видит, как из-под тела медузы появляются ещё. Почкование. Одна. Две. Уже три. Нет — пять.

Они множатся, как болезнь.

— Это что за… — прорычал он, задёргавшись. — Мать твою! — вдруг взрывается лорд и с силой отшатывается к двери.