Фронтир. Том VIII. За Горизонтом

Я стал показывать наработки, обсуждать, спорить — подробно анализировать места, где эта штука проросла в мозг. Пара манипуляторов сдвинулась. Иглы вошли в вены и качественно герметизировались. В тело пошли поддерживающие вещества, кровь очищалась от токсинов и обновлялась за счёт принесённой искусственной.

А мы спорили, обсуждали и делились мнениями. Жутко непривычно, но я ощущал, что в целом о ксенобиологии знаю намного больше большинства этих учёных, но меньше по части человеческого мозга. Плюс у меня не было практики, реального опыта.

Спустя два часа я запустил повторную стерилизацию помещения. Игла ввела несколько нужных веществ в кровоток. Кое-что было из принесённого, одно синтезировалось только что. Мозг непрерывно сканировали, датчики читали его активность. Тонкая управляемая гибкая игла предварительно вошла в черепную коробку и средством ксеносов разрушила к чертям функции инородной нейросети и запустила процесс отсоединения.

Началась операция и, чёрт возьми, теперь я нервничал и бледнел. Врачи меня подбадривали. Говорили, как им было сложно смотреть на такое… но дело было не в мозгах на виду — это меня ничуть не трогало. Шансы Дарьи не потерять в умственных способностях и не получить отклонений были в лучшем случае двадцать процентов.

Несколько раз вмешивались опытные нейрохирурги, недрогнувшей рукой делающие удивительные вещи. Остальное время бесстрастно работал жуткий клубок манипуляторов.

Куски сине-красного органического компьютера Ксентари отправились в замораживающий контейнер. Особый медгель заполнил место в изначальной точке роста и всё немедленно закрыли обратно.

— Поздравляю, мистер Шард. Все фрагменты удалены, угрозы токсического поражения мозга нет. Аномалий активности не наблюдаем… остальное вскоре узнаем.

— Спасибо… — из меня как будто высосали силы, и я сел на кушетку у дальней стены.

Меня вроде пока никуда не звали, потому мы следили за показателями.

— Мистер Шард, проблема! — сказал специалист по человеческим мозгам.

Силы резко вернулись, я вскочил, смотря на мониторы. Пульс стабилен, тревожных сигналов нет…

— Обратите внимание на этот участок! — он указал на монитор ксеносов. — Активность остаётся неизменной, сигналы плавно распределяются…

Я пробежался мысленным взором по скудным знаниям и выругался.

— Она должна скакать, да?

— Именно так. Сейчас мы ожидали её затухания, учитывая, что пациент спит и действие препаратов прекращается. И скачок при пробуждении, причём область обширнее ожидаемой.