Горький квест. Том 2

Неужели учителя не боялись? Почему ваше министерство разрешило подросткам изучать «Преступление и наказание»? Или у учителей были на этот счет какие-то правильные инструкции?

Пресвятая Дева! Выходит, среди девятерых молодых людей нашелся все-таки один, который хотя бы приблизительно помнил школьную программу. Это огромная удача, ведь Галина Александровна предупреждала, что, скорее всего, не найдется ни одного.

Культуролог вздохнула.

— Поскольку я не нахожусь в данный момент на позиции учителя в ролевой игре, то скажу вам честно и прямо: у меня нет ответа.

Я не знаю. И никогда не пыталась это выяснить. Но поскольку сама жила в то время и хорошо его помню, рискну предположить, что инструкция вполне могла быть. Какая-нибудь секретная, с грифом ограниченного распространения. Но точно так же вероятно, что никакой инструкции не было. Существовало убеждение, что советские дети чисты и невинны по определению, а у комсомольца в шестнадцать лет не могло возникнуть никаких грязных мыслей, тем более о таком отвратительном и позорном явлении, как педофилия.

— Да ладно, — недоверчиво протянул Цветик. — Быть такого не может! Все дети уже лет в десять порнуху смотрят тайком от родителей, в интернете полно сайтов, смотри — не хочу. А в шестнадцать все уже вообще полностью в курсе обо всем и имеют собственный богатый опыт.

— Напоминаю, — сердито отозвалась Галина Александровна, видимо, раздосадованная невнимательностью веб-дизайнера, — интернета не было. И порнофильмов не было тоже.

Они существовали где угодно, только не в советском пространстве. Алексей, я была бы вам признательна, если бы вы все-таки слушали объяснения, которые здесь даются, и не вынуждали меня тратить время на повторение.

Я кратко подвел итог и объявил перерыв на обед.

— А после обеда что будет? — спросили разом несколько человек.

— Увидите.

— Опять будем в школу играть? — презрительно усмехнулась Елена.

— Будем проверять креативность вашего мышления, — ответила профессор.

 — Ждем вас в четырнадцать часов, прошу не опаздывать.

* * *За обедом к Наташе и Маринке подсел Артем, следом за ним подтянулся Сергей.

— Девчонки, а что вы вообще помните про Горького? — спросил Артем. — Я, например, помню только роман «На дне», больше мы ничего не проходили.

— Это пьеса, — тихо поправила его Наташа, стараясь не издавать неподобающих звуков при поедании супа. Маринка всегда ругала ее за то, что девушка громко прихлебывала.