Фулл сайз. Только не в меня

А он какого лешего сидит тут в потемках? Не придумав ничего лучше, бегу вверх по лестнице, перепрыгивая через две ступени, но спотыкаюсь, падаю и громко клацая зубами съезжаю вниз на спине. Выгляжу я сейчас скорее всего глупо и комично. Проклятая ночнушка задралась до самой шеи. И я хочу плакать и биться в истерике от этого факта.

– Женщины всегда валяются у моих ног, конечно. Но, чтоб так часто, и зазывно… Вера, у вас что, на трусах овечки нарисованы? – заинтересованный взгляд, от которого мне хочется заползти под лестницу и там умереть, полыхает смехом. – А что, симпатично. Мне нравится. Знаете, думаю может мне прикупить тоже боксеры с оскалившимся волком на гульфике. Мы с вами будем как лед и пламень, как волк и барашек, как ежик и зайка.

– Замолчите, умоляю, – стону я, сжав зубы до скрипа. Барахтаюсь на полу пытаясь подняться, или хотя бы прикрыть проклятые трусы, – ну почему вы такой? Почему постоянно меня цепляете? Я ведь ничего плохого не делаю. И помогите мне уже встать."

"– Вы не делаете плохого? Засланка и наймитка. – ухмылка Макара становится совсем уж зверской, но в глазах я вижу не привычную уже ярость. Его взгляд тает медом, и жадно скользит по моим бедрам. Боже, о боже. Ярцев легко поднимает меня, крепко ухватив за талию. И не отпускает. Вжимает в свое тело, и я чувствую жар, обжигающий через тонкую ткань ночной сорочки.

– Отпусти, – пищу жалобно, но понимаю, что очень не хочу чтобы он разжимал свои чертовы ручищи. – Мерзавец. Подонок, скот.

– Нет, – шепчет подонок в мою макушку. Его дыханье пахнет дорогим алкоголем, и я пьянею, кажется. Или просто у меня крыша улетает. Позволяю чужим мужским губам найти мои. Боже. О боже. Что я творю? – И да, я такой. И ты это знала, когда шла сюда. Ведь знала?

– Что ты хочешь от меня? – шепчу, борясь с головокружением.

– А ты угадай, – шепот проникает в мой мозг, словно расплавленное олово, выжигая все мысли и сомнения.

Глава 16

Макар ЯрцевЕе я не нахожу конечно в своей кровати утром, и этот факт меня даже радует. Да уж, коньяк – зло. А адюльтеры с прислугой – зло в квадрате. Я ведь адекватный взрослый мужик, никогда не гадящий дома и на работе. Сегодняшнюю ночь, иначе как сумасшествием не могу назвать. И принципам своим я изменил провалившись в пучину пахнущего ванилью и корицей безумия, просто, чтобы отвлечься от нехороших предчувствий, что вокруг меня что-то происходит. И в этом замешана женщина, отдавшаяся мне прямо на полу гостиной, возле лестницы.