Фулл сайз. Только не в меня

Вы хотели поговорить со мной?

– Мариш, тебя ждет учитель английского, – мне ясно, что он хочет говорить наедине. Ясно и страшно от предвкушения этого допроса.

– Пап, ну…

– Не спорь, – властность в голосе любящего отца, смешивается с нежностью. Он преображается, когда говорит с Маришкой. Словно волшебник Дурандарте кроме изваяния и проклятья подарил ему еще и возможность иногда превращаться из оленя в нормального земного человека. – Мариш, ты же знаешь, что есть такое слово «Надо».

– А ты не будешь же маму Веру ругать?

– Нет. Я ее просто съем, – хохочет мерзавец, подталкивая к двери уже не сопротивляющуюся девочку. Котенок остается лежать у меня на коленях. Он мурчит, и я ему благодарна сейчас. Меня его тарахтенье успокаивает.

– Я скоро вернусь. Последи за Всесильным, – приказ от малышки я выполню с удовольствием. Она продолжение властного мужика, маленькая хозяйка жизни. А я все же прислуга. Хотя, раньше была такой же, как Маришка.

Те минуты, которые я провожу одна, кажутся тягучими как смола. Я боюсь. Но чего? Наверное того, что мне снова придется расковыривать еще не зарубцевавшуюся рану перед почти чужим человеком. Или того, что я снова останусь одна. Без Маришки, ставшей за три дня центром моей вселенной.

Ярцев возвращается быстро, подходит ко мне слишком стремительно, чтобы я успела хоть как-то среагировать на его появление. Мне непонятны его намерения. Да я и не смогу наверное никогда разобраться в этом человеке. То он зверь, то бросается защищать меня. То полон яда, то напуган. Нежен и зол одновременно. Его губы вдруг врезаются в мои. Боль ослепляет и тут же отрезвляет. Черт, что он творит? Что позволяет себе?

Рвусь в его руках, но понимаю, что справиться с распаленным монстром у меня не хватит сил.

– Пусти, – хриплю я в его рот, – пусти, скот.

– Это я скот? – рык оглушает, – детка, тебя когда под меня подкладывали, неужели не обозначили, что тебе придется делать? Заплатили наверное хорошо? Борька обычно весьма щедр со шлюхами. А я далеко не нежен.

– Ты параноик, – господи, как же я сразу не догадалась. Этот зверь ненормален. Как ему еще доверили ребенка?

– Нет, куколка. Мой недуг гораздо более витиеват. А вот ты? Ты кто? – наконец разжимает Макар стальной захват, и наблюдает, как я отползаю от него, тихо поскуливая. – Федька исчез. Чем ты так напугала нашего храброго доктора, что он даже домой не заехал после визита сюда? И в клинике не появлялся. А это уж вообще из ряда вон. Эта больница – вся его жизнь.