Фулл сайз. Только не в меня

Или вы предпочитаете бязь, а может ситец? С вас станется.

Его насмешливый взгляд мне не нравится. Так смотрят хищники на глупую, загнанную в угол жирную антилопу.

– Я предпочитаю не обсуждать мое нижнее белье с начальником и отцом моей воспитанницы, – фыркаю, как лошадь, сдувая с лица непослушную прядь, снова выбившуюся из прически. – Не старайтесь казаться еще большим козлом, чем есть на самом деле. Больших не бывает уже просто. Я сплю в пижаме. В трикотажной, с розовыми овечками и в носках. Но меня пугает наш разговор. Так что гонорар свой засуньте знаете куда? Этой, томатной выдре в кружевное декольте.

– Да ты мегера. Вера – мегера, – Макар ухмыляется по-волчьи, скалит белые зубы, от чего мои ноги становятся ватными. – Кстати, за козла ты мне ответишь. Я ведь говорил, что ненавижу строптивых толстух.

– А я просила соблюдать субординацию. Вы же не делаете этого? – обреченно блею я, уже понимая, что спать сегодня я не буду. Слишком странные вопросы задает серый волк.

Глава 8

Макар Ярцев– Вот этот домик, одеяльце с рыбками, тарелочки только такие – тычет маленьким пальчиком Маришка в миски, стоящие на самой верхней полке. Выбор не удивляет меня. Проклятые кошачьи блюдца, ценой в бюджет небольшого африканского государства, разрисованы мультяшными мурлыками в супергеройских плащах и масках."

"– Возьмите еще туалетный лоток, наполнитель силиконовый и лопаточку, – вежливо, но настойчиво предлагает продавец, отчего-то Вере. Видимо понимает, что дезориентированный адским, непонятным мне шопингом, я просто взорвусь сейчас. – Вашей дочери нравятся суперкотики? У нас есть прекрасный туалет для вашего питомца. Кстати, ваша девочка просто мамина копия, будто на ксероксе печатали, – улыбается торгаш, желая при помощи дурацкой лести втюхать этой дурынде как можно больше барахла. Я смотрю, как у Веры дергается щека, и милое лицо кривится, словно от пощечины. Странная реакция на подхалимство приставалы.

– Мы не похожи, вы ошиблись, – лепечет толстуха, глядя на меня, будто ища поддержки. – Я просто няня, и не решаю ничего.

– Па, возьмем и туалет, да ведь? – Маришка не видит и не слышит ничего вокруг. Я смотрю на дочь, и пытаюсь развеять морок, вызванный словами придурка-продавца. Где он увидел схожесть? Ну да, волосы у Маришки и Веры одного цвета, глаза, нос пуговицей. На этом одинаковость заканчивается. Просто моя малышка еще совсем ребенок. Ее черты еще не сформированы. Сто раз изменятся.