Няня для тирана

И от этого хочется доводить ещё больше, чтобы получить яркие эмоции. А не просто дежурную улыбку, которую она бросает каждому, и раздражение, которое сразу прячется за стеной безразличия. Мне хочется по кусочку разрушит всю её защиту и добраться до неё настоящей.

— Знаешь, — она выжимает волосы прямо на пол, в растёкшуюся под ногами лужу. — Даже мой идиот-братец не додумался до такого.

— И почему же? — у неё есть брат, уже хорошо. Почему же она не обратиться к семье за помощью, если совсем хреново?

— Понимал, что эту лужу вытирать сто лет придётся.

— Можно подождать, пока высохнет.

— Ты дурак? Если не вытереть, паркет может вздуться и тебе нужно будет менять весь пол. Так что швабру в руки и вперёд.

— Ну, оно того стоило.

Киваю на грудь, просвечивающуюся сквозь мокрую футболку. Белая ткань обхватила тело, открывая доступ на всё самое сокровенное. Затвердевшие сочки торчали и манили сжать их, вырывая стоны у девушки.

Арина следит за моим взглядом и вспыхивает.

Прижимает руки к груди, закрывая обзор на всё самое интересное, и осматривает себя, не видно чего либо ещё. Но не бежит переодеваться. Только вдруг улыбается, своей бесящей дежурной улыбкой, и делает шаг навстречу ко мне.

— И что ты задумала?

— Ничего.

И ещё шаг. Я слежу за её движениями, замечая, как чуть приподнимается уголок губ в коварном предвкушении. Что-то новенькое и от этого ещё больше возбуждающее. Арина подходит совсем близко, а затем сокращает последнее расстояние между нами.

Прижимается, обвивая меня руками и утыкается в шею. Её мокрая футболка неприятно липнет к голому торсу, играя на контрасте с горячей кожей прижимающегося тела. Елозит в объятьях, шлёпая мокрыми кудрями по плечам.

— Так себе месть, — пижамные штаны промокли и кожа покрывается гусиной кожей из-за воды, но это мелочи. — Потому что в итоге ты ко мне прижимаешься.

Арина хмурится, но я крепко держу её за талию, опуская руки ниже, сжимая задницу и дёргаю на себя.

— Я же уже сказала, что не стоит.

— Я ничего не делаю. А обнимать тебя могу сколько хочу, помнишь?

— Ты обещал руки на талии.

— Обещал. Так руки и на талии, — теснее прижимаюсь к девушке, зажимая её со всех сторон. Чуть пихаю локтями в бок, вызывая вскрик, и крепче сжимаю упругую задницу. — А про ладони ничего не обещал.

Я наклоняюсь близко к ней, ощущая чужое дыхание на моих губах и мятный запах зубной пасты.