Два босса для тихони (СИ)

Желание буквально застилало пеленой.

- Конечно будешь, - сказал Марк и его пальцы нырнули ко мне в трусики.

Глава 15

- Марк! – Я хотела оттолкнуть мужчину, то Тимур придерживал меня так, что вырваться я не могла.

- Оттрахать тебя, Лисицына хочу, - говорил Марк, поглаживая мои возбужденные складочки, - с первого дня как увидел.

Мне хотелось сопротивляться, но вместо этого я впилась руками в сильные плечи Соколова и прижалась к его груди.

- Как сладко стонет, - говорил Тимур, явно наслаждаясь моим полным падением.

- Ненавижу вас обоих, - сама прижалась к Тимуру еще сильнее и громко застонала, когда Марк вошел в меня пальцами.

- Конечно ненавидишь, девочка, - Рука Соколова легла мне на затылок, и он резко поднял мою голову.

Впился в меня поцелуем, сильно стягивая волосы на затылке.

Я отвечала на ласку Тимура, в тоже время позволяя себя ласкать Марку. Это было так порочно и запретно, а еще очень сладко. Голова кружилась от смеси наших ароматов и жара тела.

Я кончила так быстро, что это казалось нереальный, ноги ослабели и Тимур подхватил меня на руки. Понес в сторону постели

- А теперь давай договариваться, Мариночка, - мужчина положил меня на кровать.

Марк вышел из ванной следом, вытирая руки о полотенце.

- О чем договариваться, - я одернула юбку."

"Все негу, как рукой сняло.

- Ты станешь нашей, - Тимур упал рядом на кровать и закинул руки за голову, - сколько уже можно ходить вокруг да около, Лисицына? Мы тебя хотим, а ты от нас кончаешь за секунду. Так чего мы ждем?

- Мы просто все еще пьяные, - я закрыла лицо ладонями и поджала ноги, почувствовал, как рядом сел Марк.

- Я не пьяный, - Ларин погладил меня по ноге, - Лисицына, ты можешь хоть раз в жизни расслабиться и получить удовольствие.

- Играем в игру, Мариночка, - сказал Соколов, - ты в течении часа не говоришь слово «нет»…

- Мне не нравится эта игра! – Я взбрыкиваю и хочу встать с постели, но цепляюсь за одеяло.

- Марина! – Грозно рычит Марк, похоже его терпение лопается.

Еще бы завожу двух взрослых мужиков, а потом сливаюсь. Сама бы себя прибила.

Но сейчас мной руководит уже не желание, а здравый смысл, а еще инстинкт самосохранения.

Я даже представить не могу, как они собираются вдвоем со мной развлекаться.

Поэтому уворачиваюсь из рук Марка, но не встаю с постели, а падаю.

Бьюсь виском о прикроватную тумбочку.

- Айййй! – Закрываю лицо рукой и сажусь на полу, - больно.

- Да черт тебя побери, Марина! – Кричит Мак, - покажи.

Я убираю руку. Глаза застилает боль, а еще слезы.