Тибо, или потерянный крест

Давай-ка, снимай поскорее свои мокрые тряпки и завернись вот в это, — старик вытащил из грубо сколоченного деревянного сундука одеяло и подал его юноше. — Я тебя хорошенько разотру, а ты тем временем продолжишь свой рассказ.

— Да рассказывать-то уже почти нечего. Бальи явился к нам в Куртиль и попытался выгнать нас оттуда. Мать упиралась и проклинала его, на чем свет стоит, но один из людей бальи убил ее, а меня обезоружили и бросили в тюрьму...

— За то, что отстаивал право на свое имущество?

— Нет, — горько усмехнулся Рено.

— За то, что убил свою мать и украл пряжку от плаща бальи, — ее нашли в моей постели, но я понятия не имею, откуда она там взялась!

— Ну, об этом догадаться нетрудно: один из этих мерзавцев, а может, и сам бальи, подбросил... А что дальше?

— А дальше — тюрьма, а потом... вчера утром — виселица... но мне сказочно повезло: в последнюю минуту я успел сбежать.

— Виселица? Послушай, твой отец был безупречно честным человеком и веселым малым.

У него ведь были друзья? И что же — никто за тебя не заступился? Никто даже и не попытался помешать бальи осуществить его намерения? Все-таки вешать того, в чьих жилах течет дворянская кровь...

Рено пожал плечами. Дрожь не унималась, даже под грубошерстным одеялом его все еще знобило.

— В Шаторенаре царит страх, многие ушли из города — с крестоносцами... или чтобы присоединиться к императору.

Старик взял в углу котелок, наполненный примерно до половины, поставил его на железную решетку над огнем очага, потом достал из хлебного ларя краюху черного хлеба, отрезал от нее толстый ломоть и протянул юноше:— Съешь-ка, пока похлебка подогреется.

Ты ведь, наверное, умираешь с голоду?

Не то слово! Рено схватил протянутый ему хлеб и с жадностью начал есть. А старик, вооружившись длинной ложкой, сел рядом с гостем на каменную глыбу — одну из тех, что окружали очаг, — и, помешивая ложкой в котелке, тяжело вздохнул:

— Да ведь вы и сами участвовали в крестовом походе, мессир? Так, по крайней мере, говорил мой отец.

.. и еще говорил, что вы были...

Юноша замялся, не решаясь продолжить, и, чтобы скрыть смущение, еще усерднее принялся жевать свой ломоть. Тогда старик закончил начатую им фразу сам:

— ...рыцарем, которого Орден тамплиеров изгнал из своих рядов за тяжкое нарушение устава и которого местный люд в простоте своей окрестил Проклятым тамплиером.