Звездная Кровь. Владыка Теней

Усмехнувшись своим мыслям, он использовал Руну — и сверкающие лазурно-голубые, как будто ведущие в бесконечные небеса врата Домена поглотили его.

Осколок Единого стоял на краю бездны.

Пустота. Бесконечная голубая пустота, в которой дрейфовали осколки разрушенного величия. Несколько разбитых, покрытых трещинами платформ из золотистого лиора, каждая размером с городскую площадь, парили в невесомости, соединенные мостами застывшего света. Древние кел-руны покрывали их поверхность светящимися письменами, что жили собственной жизнью — текст медленно перетекал, складываясь в новые слова, новые заклинания, новые проклятия.

Вся эта конструкция образовывала подобие хаотично возвышающихся террас, и он оказался на самой нижней. А над верхней центральной платформой разливалось яркое золотое сияние, которое источало нечто, скрытое от прямого взгляда.

Сокровище! Домены-Сокровища отличались от Доменов-Башен непременным наличием Сокровища и его Стража. Но не только. Путь к главному призу часто бывал… извилист. Попадались Домены, где к Сокровищу можно добраться без труда, но они были скорее исключением из правил.

В прежних рождениях осколок Единого любил собирать Сокровища, но каждое таило подвох. Каков он здесь?

В окружающем пространстве медленно вращались обломки — от мелких, острых, как кинжалы, до громадных, что могли служить кораблями. Все они казались частью чего-то великого. Чего-то, что было разрушено.

Пламени Подобный прищурился, уловив смысл.

Разбитая Скрижаль. Из золотого лиора и застывшего света. Все вокруг представляло собой аллюзию на ее осколки — семь громадных и великое множество мелких. Создателю этого Домена нельзя было отказать в художественном вкусе и изяществе — но в случае кел они часто переплетались со смертоносностью.

Пламени Подобный пересчитал платформы-террасы — ровно семь. Как и Единых. Любимое число Народа Кел, чью гармонию они вплетали во все свои творения. Золотое свечение упрямо притягивало взгляд. Что мешает взлететь туда и забрать Сокровище сразу?

Пламени Подобный сделал шаг вперед, и первая нота хрустальной каплей прозвенела в пустоте — как начало странной мелодии.

— Добро пожаловать в мою симфонию, Восходящий.

Возвышенный голос прозвучал из пустоты — торжественный, медленный. Из звездной пыли материализовалась высокая фигура в хэлио из призрачного золотого света. Размытое лицо, туманные очертания. Вокруг призрака вращались фигуры из чистого света — кубы, сферы, пирамиды, — складываясь в странные конструкции.