Телохранитель для Евы

Крутилась у зеркала. Сейчас у меня занятия, а потом ещё съёмка в купальнике. Теперь меня сопровождают всегда два лба, приставленных ко мне Измайловым. Он боится, что я сбегу. Но я не буду этого делать, потому что он обещал причинить вред отцу. В таком случае, пусть мучает тогда меня. Я молодая, переживу.

Я не жена. Я — его пленница. Он вынудил меня шантажом и угрозами подписать согласие на брак. Я лишь отчасти понимаю, зачем ему нужно было именно жениться. С таким же успехом можно было бы держать меня здесь без штампа в паспорте. Я всё равно бы никуда не ушла. Но Измайлов пожелал узаконить «отношения», и быть женой мне приходится в полном смысле этого слова. И пусть мне противны ласки мужа, я их терплю. И мечтаю когда-нибудь найти способ отсюда выйти.

Как бы там ни было, моя жизнь, пусть теперь и под зорким оком нелюбимого и нежеланного мужа, продолжалась. Мне нужно было ездить на лекции до самой зимы, чтобы после нового года отправиться писать диплом. И работу мою никто не отменял, хотя Родион и сюда уже сунул свой нос — требует пересмотра контрактов на более выгодные условия для меня. Конечно, студии пойдут на это, потому что перечить Измайлову просто побояться. Но заключать новые со мной уже не захотят.

Провела ещё раз щёткой по волосам. Идеальный макияж скрывал то, что я снова пол ночи плакала, пока меня жали к себе ненавистные мужские руки, каблуки придавали уверенности в себе, так же, как и идеально сидящее на мне скромное чёрное платье-футляр. Коко Шанель бы сейчас меня похвалила, пожалуй.

Говорят, что чем красивее девушка, тем больше она несчастна. Есть даже такая степень невроза, когда тратишь часы на свои волосы, на макияж — в попытках убежать от настоящего, пытаешься увлечь и утешиться любовью к себе. Поэтому прежде, чем позавидовать красотке перед вами, подумайте — так уж ли она счастлива и рада своей красоте? А может, она её сгубила?

Тряхнула распущенными длинными волосами, взяла свою огромную сумку, в которой было много чего, потому что после лекций мне сразу ехать в фотостудию. Спустилась вниз.

На первом этаже был гость, что неожиданно так рано утром.

Возле лестницы стоял мужчина. Не так, чтобы молодой, но очень спортивный и сильный. Его рельеф мышц и мощная шея были четко видны даже в вязаном кардигане поверх тёмной футболки без каких-либо лейблов и надписей. Вещи были простыми, но не дешёвыми. Я с детства росла в сфере дорогих шмоток и брендов, и по одному взгляду могу определить качество и стоимость вещи.