Жажда тебя

Вас давно нужно было угомонить. Я и так слишком долго ждал.

- Мы не узнали ничего нового, - фыркает Артем. – Только получили очередное доказательство твоей ублюдочности. Разыграть изнасилование было идеей старикана? Или ты сам подсказал?

- Мелкий отморозок, - цедит советник. – Понятия не имею о чем ты. Но это и не важно. Живо коли препарат.

- Черта с два, - отрицательно мотает головой Джокер. – Не делай вид, будто ты никак не замешан в теме с Ариной. Все письма шли с твоего компа.

- Арина? – хмурит брови, будто и правда не улавливает суть.

– Ах, эта тупая сучка, которая сперва изображала жертву, а потом пальнула по вашей подружке. Я без понятия, кто ее нанял и что там за история. Не заговаривай мне зубы. Вкалывай инъекцию.

Черт, так я и думала. Харитонов не в курсе.

- Ничего я не уколю, - твердо говорит Джокер. – Никто из нас не уколет. Интересно, что за дерьмо ты для нас заготовил? Этот препарат тестировал в лаборатории на «Маяке»? Психотропное? После него студенты совершали суицид?

- Чего? – кривится советник.

- Дело «Х», - хлестко заключает Джокер. – По твоей фамилии назвали. Или просто так совпало? Выкладывай. Неужели не хочешь похвастаться напоследок? Расскажи нам про свои подвиги.

- Мелкий ушлепок, ты совсем обалдел?"

"- Боишься признать вину? Мой отец вскрыл твои опыты. Да? Он нашел твое хренову лабораторию, началось расследование. Но как ты заставил старикана тебя прикрыть и замести следы? Чем его взял? И не делай вид, будто смерть Карины тоже не твоих гребаных рук дело.

Кто еще стал бы вырезать букву «Х» на животе?

- Горячечный бред, - холодно обрывает Харитонов. – Я не стану разбираться в этих бреднях. Прости, но у меня нет времени на твои дебильные теории заговора. Нечто подобное нес твой отец. Опыты. Психотропные препараты. Я посоветовал ему взять отпуск, а он продолжил лезть в чужие дела и получил по заслугам. Не знаю, какое гнездо разворошил, и не хочу знать. Меня волнуют только деньги. Ничего личного. Ваш старик сам виноват. Поболтал с вашей матерью и решил вычеркнуть меня из завещания.

Догадываюсь, что эта сучка ему напела. Но волноваться не стоит. Я привык побеждать. И я всегда забираю свое. По-хорошему или по-плохому.

Захар мрачнеет все сильнее с каждой новой фразой Харитонова. Зеленые глаза темнеют, наполняются густой чернотой.

- Что в шприце? – спрашивает Леднов.

- Физраствор, - отвечает советник, даже не пытаясь скрыть ложь. – У вас нет выбора. Будете тянуть и жевать сопли – я просто пристрелю эту девку.