Я тебя верну

Лина выросла, они очень быстро растут. Вы ловите каждую секунду, Лиза, потом будете жалеть, что все это ушло безвозвратно.

Макс все это выслушивает с безучастным видом. Я тоже не знаю как реагировать. Все-таки мужские разговоры не такие сопливые, надо наверное нам отползать.

— Мой муж уже стоит надо мной с календарем и ждет второго, — смеется Лиза. — Вам тоже можно задуматься о втором. Дочка совсем большая.

Катя опускает глаза и отвлекается на Леона. Макс встает с дивана.

— Пойдем в дом, посмотрим документы, — говорит мне, — как раз есть время до обеда.

Тут из-за угла выходит огромная белая собака с густой, чуть волнистой шерстью. Она больше похожа на теленка, чем на собаку. Или на медведя. Его ведет на поводке мужчина в форменной одежде.

— Не бойтесь, он не кусается, — говорит мужчина. — Это поводырь.

— Конечно не кусается! — малышка бежит псу навстречу, пытается обхватить могучую шею. — Это же Ангел!

Громадная псина виляет хвостом, терпеливо сносит все нежности.

— Пойдем, — дергает меня за локоть Макс, — а то скоро позовут на обед, а мы с тобой нихера не успеем.

* * *— Знаешь. Они такая необычная пара, — говорит моя жена, когда мы остаемся вдвоем. Я утащил ее на пляж, оставив спящего Леона на няню.

— И чем же? — провожу подбородком по нежному изгибу спины.

— Катя влюблена в мужа, это видно. А он так холодно себя с ней ведет.

— Да нормально он себя ведет. Он просто такой мужик, закрытый. С дочкой вообще нормальный.

— Так она как раз не его дочь, они совсем недавно встретились. Катя мне рассказала*.

— Слушай, малыш, раз женился и удочерил, значит ему похер, чья. Не забивай себе голову. Иди сюда…

Мы с ней пришли в тот грот, где я когда-то нашел ее в дождь. Но сейчас дождя нет, и можно не прятаться. Я заставляю девчонку упереться ладонями о еще теплый камень, развязываю завязки купальника и нетерпеливо размазываю головкой члена вязкую смазку по горячим складкам.

— Ауч… — она шипит, когда я вхожу, вдавливая ее в камень.

— Все? Делаем Марата? — прикусываю мочку уха.

— Я девочку хочу, — моя упрямая жена мотает головой. — Но еще рано.

— Как скажешь, малыш, как скажешь…

Вбиваюсь в нее, не сдерживаясь. Здесь мы одни, здесь мы можем отпустить на волю все свои инстинкты. Здесь только море и звезды.

Лиза извивается, но я не даю ей свободы. Держу за бедра и буквально впаиваюсь в девчонку с каждым толчком.

— Только. Моя. Больше. Блядь. Ничья…

Нахожу грудь, скручиваю соски. Подхватываю под колено и толкаю на камень. Распластываю.

— Только.