Бандит. Заберу тебя у мента (СИ)

Скорее всего, она действительно узнала, что ребёнок от мужа, да ещё и увидела меня с Аней… Решила остаться с ним.

Не везёт мне с женщинами.

— Нет, всё нормально, — отвечает ему Эля, и они собираются идти на пост медсестры, очевидно, за выпиской.

Игорь оборачивается и бросает:

— Ну ты понял, с кем она? Оставь нас в покое.

Этот мерзавец подошёл к моей Эльке, обнял её одной рукой, и они пошли к лифту. Я стоял и обтекал. Что это вообще сейчас было?

Я простоял здесь ещё минут 10. В шоке и полном недоумении. Неужели она так на меня обиделась? А главное, не дала мне даже объясниться…

— Серый, — подбегает запыхавшийся Миха и прерывисто бормочет. — Серёга, я от главврача. Всё узнал. Не поверишь.

— Ну?

— Фух, дай отдышаться, — наклоняется и опирается на колени, — давно не бегал.

— Потом отдышишься!

— У Эли твоей… закрытая черепно-мозговая. Не опасная, но частичная потеря памяти.

— Что? — ошарашенно.

— Что-что?! Она не помнит, что было в эти последние дни или даже недели!"

"В голове каша. Так вот почему она так странно себя вела! Что бы я не сказал, она бы всё равно ничего не вспомнила. А этот ублюдок воспользовался этим и забрал её. Вот блядь!

Прусь на пост. Недовольный, но в то же время счастливый. Отдаю букет медсестре.

— Это Вам, — ловко даю ей букет в руки.

На её лице вырисовывается милая улыбка, и она неоднозначно смотрит на меня.

— Спасибо, — берёт ручку и листок, что-то пишет и протягивает.

— Что это? — смотрю на набор цифр.

— Мой номер.

— Цветы Вас ни к чему не обязывают, — возвращаю ей листочек. — До свидания и хорошего дня.

Иду к лифту.

Миха хватает листок из рук молоденькой медсестры, кричит «спасибо» и бежит за мной.

— Серый, мы вернём её!

— Да ну тебя, — машу рукой, — пойдём быстрее.

Плен

Выходим из больницы, подходим к автомобилю Игоря. Он вежливо открывает мне дверь и помогает удобно разместиться, отодвигает сидение, чтобы сделать больше пространства для ног.

Я сажусь аккуратно. На моей щиколотке большая ссадина, заклеенная квадратными пластырями. Правая кисть обмотана повязкой. Бинт с головы уже сняли, но сказали ни в коем случае не делать резких движений и пить какие-то таблетки.

Осматриваю машину изнутри. Не чувствую комфорта. Всё здесь мне знакомо, но одновременно кажется чужим.

Как странно, привычное мне вдруг перестало быть своим, а стало чем-то далёким и незнакомым на эмоциональном уровне.

— Куда мы едем? — спрашиваю я.

— Домой, — сухо.

— Я не хочу, там твоя мама.

— Мы едем в наш дом, там её не будет.