Я тебя отниму

Оставили чемоданы и разъехались в разные стороны Москвы.

Толпа на КПП была просто огромная. Всех досматривали, проверяли сумки и лишь потом запускали на территорию воинской части. Даже по воротам было видно, что она элитная и крутая, что уж говорить о зданиях на территории части. Порадовалась, что хотя бы условия проживания здесь весьма неплохие у парней.

Продукты и вещи разрешили оставить в комнате отдыха, где после присяги было разрешено пообщаться со своими мальчишками. Парни же готовились к присяге, и вскоре нас вывели на площадь под мокрый противный снег и выстроили буквой «П» как на школьной линейке.

Вывели и ребят. Я милого узнала, что называется, по походке. С гордой осанкой и автоматом в руках, вышагивал он среди своих сослуживцев. Мне же он казался самым красивым среди них, самым высоким, самым сильным… Смотрела на него и ещё более остро осознавала, как же я соскучилась.

Патриотическое мероприятие, где ребята произносили клятву Родине, длилось не очень долго, что хорошо, учитывая погоду. Сапоги успели промокнуть, шапка тоже, и я тряслась как осиновый лист под ветром и снегом. Только рада была, когда объявили об окончании торжественной части и дали команду «Вольно!»

Ребята тут же сдали оружие и полетели на всех парах к родным.

Виталик подхватил меня на руки и закружил у всех на глазах:

– Алинка! Девочка моя.

Под мой визг поставил меня на асфальт обратно и прижался к губам. На нас смотрели все – наши мамы, другие люди, но нам было просто всё равно. Мы наслаждались друг другом, пытаясь восполнить боль разлуки.

– Ну хватит, вам, голубки, – засмеялась мама Виталика. – Пойдёмте в помещение, холодно ведь.

Улыбаясь и держась за руки, мы пошли следом за всеми остальными.

Комната отдыха была заставлена обычными партами и деревянными стульями. Помещений было несколько, и все забиты до отказа парнями в зелёной форме и их родными. Кругом стоял галдёж, смех, пахло едой, которую мамы привезли в баулах своим сыновьям.

Один Виталик почти ничего не ел и жался ко мне, обнимая и целуя без остановки.

– Как я соскучился, лисёнок, – шептал он мне.

– И я, – отвечала я и тоже прижималась к нему доверчивым котёнком.

Хорошо. Очень хорошо. Только грустно, что скоро опять придётся расставаться. Время идёт слишком быстро, будто бы его кто-то у нас крадёт. Кажется, только что смотрела на часы, но в следующий раз видела, что прошло уже шестьдесят минут. А кажется, что пять.