(Не)желанная. Я тебя не отпущу

И добавляю: — не смотри, она смущается.

Вадим заглядывает мне в глаза и одобрительно хмыкает:

— Мне нравится, как я на тебя влияю.

Он проходит мимо меня и первым спускается по лестнице. А я шагаю за ним, бродя жадным взглядом по крепким плечам, обтянутым рубашкой цвета хаки. Спина, руки… будто налиты сталью. Я вижу, как тонкая ткань подчеркивает каждый мускул и нервно сглатываю, пытаясь переключиться на что-нибудь другое.

Но как назло взгляд прилипает к Вадиму! Я хочу этого мужчину… влюбляюсь в него все больше. С каждым днем.

Как же это остановить? Как мне забыть человека, который постоянно находится рядом со мной?

Раевскому с легкостью удается вести себя так, будто между нами ничего не было и нет. И я завидую его этой способности переключаться. Хотя, когда ничего не чувствуешь, кроме желания, переключаться особо и не нужно.

Глава 16

Мы приезжаем в студию. Вокруг шумно и людно, над образами и оформлением работают сразу несколько человек. Меня уводят на макияж, Вадиму подбирают подходящую одежду.

Спустя полчаса я возвращаюсь к мужу с естественным макияжем на лице и крупными, гладкими локонами. На мне белоснежное, лёгкое платье на бретелях. Образ получился воздушный, романтичный и светлый, такой же, как у Раевского — он одет в белоснежную рубашку, небрежно расстегнутую на несколько пуговиц, и синие джинсы.

А потом начинается съемка. Нам говорят как встать, как повернуться, как обняться. Спустя час мои губы уже устают улыбаться и мне кажется, что я выгляжу глупо. Еще и Вадим постоянно рядом. Приходится обниматься и смотреть друг другу в глаза. Мне совсем не сложно и даже… приятно, черт возьми. Приятно, когда он касается моей талии или когда прижимает к себе своими сильными руками.

Жаль, что это все не правда. Фальшивая, сладкая сказка, которая рассыпется и превратится в пыль, как только мы уедем отсюда.

— Вероника, расслабьтесь, — доносится до меня тонкий голос фотографа — невысокого мужчины с ярко-оранжевыми прядками в русых волосах.

— Ника, — поправляю его я.

— Расслабьтесь, Ника, — нехотя повторяет он. — Улыбнитесь или посмейтесь. Вы же не манекен! Нам нужен смех, живое фото!

Смеяться мне вообще не хочется.

— Смех без причины — признак дурачины, — бурчу в ответ я.

Как я должна смеяться? Как должна изображать смех? Я что, актриса профессиональная? Уже устала от этих игр, честное слово!

— Пауза десять минут, — со вздохом объявляет фотограф, повернувшись к своей команде. — Принесите в студию чего-нибудь перекусить. И успокоительное.