Выбираю тебя

— Неужели повелитель все-таки сделает это?

— Не знаю, когда госпожа Сафие единственная смогла дозваться его по связи, мы думали, что… Ведь сам жрец не сумел! А если даже жрец не сумел, значит… смекаешь?

А вот это уже было интересно. Лида прислушалась внимательнее. Однако снаружи послышались шаги, и Девицы моментально смолкли. А дверь отворилась.

— Госпожа, — услышала Лида. — Госпожа Сафие!

Та вошла в комнату и проговорила негромко:

— Довольно, можете удалиться.

Снова послышались торопливые шаги. Девушки вышли.

Сафие прошла к двери ведущей в купальню и позвала:

А Лида уже успела вылезти из постели и вышла из-за полога.

Сафие всплеснула руками и усмехнулась:

— Вот ты где, оказывается! — и тут же добавила: — Если услышала что-то лишнее, не обращай внимания, они просто болтушки.

Но слова служанок ни сколько и не задели Лиду. Ее заинтересовало другое. Сейчас она точно вспомнила, что с кем-то Аэд связывался, когда они были в подземных ходах старой тюрьмы Джейдока. Так значит, он связывался с Сафие? Но если так, у них действительно должны быть какие-то особые отношения.

И пока все эти мысли вертелись у Лиды в голове, красавица присела на диванчик и позвала ее:

— Иди сюда, надо немного поесть. И обязательно питье! Это особый рецепт, придает блеск глазам и снимает усталость.

Доброжелательная улыбка, негромкий и приятный смех. Она казалась вполне искренней, во всяком случае, двойного дна Лида в ней не ощущала. Она присела рядом на диванчик, потянулась за местным фруктом, похожим на виноград, и спросила:

— Извини, если не секрет, кем тебе приходится Аэд?

Девушка неуловимо изменилась, взглянула на нее искоса и проговорила:

— Он… мой господин и повелитель.

Ну это понятно, у них тут такой менталитет. Если мужчина, то господин и повелитель. Лида решила немного иначе поставить вопрос.

— Я хотела спросить, кем ты приходишься ему?

— Я? — Сафие подалась вперед, сцепив руки в замок на колене, и вдруг обернулась к Лиде. — Я его наложница.

Ппц… У Лиды на какое-то время пропал дар речи.

Замерла, приложив ладонь ко рту. Блин! Вот она, иномирная ментальность в действии! Так странно и неприятно все… И зло взяло на Аэда.

Сафие странно усмехнулась, как будто поняла ее мысли. Но в этой усмешке не было ревности или ненависти. Было женское достоинство, гордость и странная решимость.

— Кхммм, — прокашлялась Лида. — А как же…

— Что? — звонко спросила та, вскинув бровь.

У Лиды не хватило духу задать дурацкий вопрос.