Ювелирная лавка госпожи Таниты

Только когда подрос, понял, как глупо себя вел.

– Все будет нормально, – заверила я его, хотя и сомневалась. У меня не было опыта обращения с детьми, а тут судьба подкинула сразу двоих, уже взросленьких. – Кстати, почему ты сказал, что твой отец обрадовался тому, что ты решил подарить драконий бриллиант?

– Давай это пока будет моим секретом. Я расскажу, когда ты будешь готова.

– Кругом одни сплошные тайны, – я устало вздохнула. – Вы с господином Олбертом говорили обо мне?

Дарен кивнул.

– Этот хитрый старик выяснял, какие у меня на тебя планы.

– И что ты сказал?

Мне, действительно, было интересно послушать.

– Я не мог открыть перед ним все карты, незачем ему знать о нашей дружбе и о том, что я тебе помогаю. Сказал, что с тобой просто выгодно сотрудничать, ты самый примерный заказчик.

Так уже бывало: Дарен говорил одно, но за его словами слышалось совершенно другое.

– Поверь моему чутью, это не Беренгеры тебе пакостят.

Я задумалась. Стоит ли полагаться на драконье чутье? В любом случае Дарен знает Олберта и Леорга дольше, чем я.

– А кстати, – он хитро усмехнулся. – Сперва я разозлился, когда понял, что старик хочет выдать тебя за своего сыночка, но быстро остыл. И даже не думаю ревновать.

– У тебя было такое лицо, словно ты хотел кому-нибудь оторвать голову, – я вспомнила, с какой яростью он дырявил стейк ножом.

– Просто я услышал твои слова. А еще, дорогая Танья, драконы не расстаются со своими сокровищами.

Что-то внутри отозвалось на слова, сказанные жарким шепотом, но на этой ноте пришлось прервать разговор – двойняшки набросились на Дарена с вопросами. Их интересовало, как в горах образуются самоцветы, и как их потом обрабатывают. Дарен объяснял с готовностью, как хороший учитель.

– А правда, что вы дракон? – спросила Варда таинственным шепотом.

Тот расхохотался.

– Самый драконистый дракон. Сейчас как укушу!

Он сделал вид, что сейчас набросится, и дети с визгами припустили по улице. Я незаметно для себя начала улыбаться, даже злость на Тимоша прошла, осталась только глухая досада.

– Погоди, мне надо в лавку, – с этими словами Дарен завернул в продуктовый магазинчик и вышел оттуда, нагруженный продуктами и сладостями.

– Ты чего задумал? – меня окутало удушливое смущение, по привычке хотелось спрятаться от чужой заботы.

– Не думала же ты, что я буду объедать вас с детьми? Во время ночного бдения захочется утолить голод, – невозмутимо заявил он.