Ювелирная лавка госпожи Таниты

А в торт я бы с удовольствием подсыпала слабительного, но так мелко мстить и подавать плохой пример детям не хочется.

– Просто заберем Тимоша и пойдем домой.

– Ага, – вздохнула девочка. – Надеюсь, с ним не случилось ничего плохого.

Стоило Варде об этом заикнуться, как у меня в голове начали вставать страшные картины. А если семейка ювелиров будет удерживать Тимоша в заложниках, пока я не открою все секреты и не отдам все сокровища? А если они уже успели ему навредить?

Я тряхнула головой. Нетушки, не позволю всяким страшилкам выбить меня из колеи. Беренгеры не осмелятся вредить мальчишке. Узнать побольше о конкурентах идея неплохая, но способ реализации подкачал.

Вскоре мы прибыли по адресу. Я запомнила его, когда читала утреннее послание папаши Беренгера, Лебединая улица располагалась не слишком далеко от нашего дома. Вдоль нее тянулись многочисленные фонтаны с изображениями лебедей.

Перед нами предстал кованый забор с причудливыми завитками, имитирующими природный орнамент. За ним – сад и дорога к двухэтажному особняку из белого камня. Да уж, ювелиры точно не бедствуют.

Завидев гостей, охрана распахнула створки, и нам навстречу вышел дворецкий в алом камзоле. Отвесил вежливый поклон и произнес:

– Господа ожидают вас. Позвольте проводить, госпожа Танита.

Мы с Вардой переглянулись, и я поджала губы. Только из-за Тимоша шла в логово врага. Признаюсь честно, сначала решила оставить Варду дома, но девочка вцепилась в меня мертвой хваткой.

Управитель провел нас по шикарному холлу, потом вверх по лестнице, к резным распашным дверям. В просторном зале был накрыт стол, на белой скатерти громоздились блюда с закусками, виноград, персики, а еще целая гора сладостей. Я сразу увидела Тимоша, судя по позе мальчишки, он успеть набить живот до отказа. Заметив мой хмурый взгляд, мелкий оболтус виновато потупился.

– Госпожа Танита! Безумно рады вас видеть! – навстречу поднялся папаша Беренгер, а следом и Леорг.

Его волосы были затянуты в хвост, перевязанный белой лентой, белая же рубашка ослепительно сияла даже в вечернем свете. Сделав над собой усилие, он улыбнулся и, не успела я опомниться, схватил меня за руку, чтобы запечатлеть сухой поцелуй.

– Тимош сказал, что вы опаздываете, и будете с минуты на минуту, – произнес, кривя губы.

– Хорошо, что вам удалось выкроить несколько часов из вашего напряженного графика, – господин Олберт махнул рукой в сторону стола. – Прошу.

Я осталась стоять на месте.

– У меня, действительно, очень мало времени.