Две половинки Тайны

– Гадать мы можем сколько угодно, но одно несомненно: от тебя ждут действий. А он или они станут тебя направлять. В нужную им сторону.

Я кивнула.

Надо сказать, за время нашего разговора я успела успокоиться. Теперь идея раскапывать могилу казалась глупостью.

Костя прав. Если исключить мое возможное сумасшествие (а признавать себя сумасшедшей я не спешила), то единственное объяснение происходящему – незаконченные дела Егора, о которых мне ничего не известно.

– А если все дело в его гибели? – спросила я.

– В его гибели? – не понял Костя.

– Если все было не так, как мы считаем.

– Ты имеешь в виду…

– Это был не несчастный случай, а убийство.

– Стоп. Давай придерживаться фактов. У следствия не было повода заподозрить убийство.

– Костя, ты много лет работал в полиции, я тоже там работаю…

– Знаю, что ты хочешь сказать. Дело поспешили закрыть? Не желали возиться, или кто-то позаботился о том, чтобы лишнего рвения никто не проявлял?

– С Субботкиным мы практически подружились, и он показался мне честным ментом. Такие, слава богу, встречаются.

– Тем больше оснований верить его выводам.

– А если кто-то хочет зародить у меня сомнения в этом?

– Таня, в такой ситуации самое разумное – никак не реагировать. Заставь этого типа проявить себя…

– Ты прав. Идем.

Я направилась между могил к аллее, Костя шел следом."

"– Я прав, но у меня такое чувство, что слушать меня ты не станешь, – сказал он, поравнявшись со мной. – Обещай, что ничего не предпримешь, не посоветовавшись.

– Обещаю, – улыбнулась я. – Да, и спасибо тебе.

– За что? – улыбнулся он и обнял меня.

Так, обнявшись, мы и шли к машине.

– Домой? – спросил Костя, когда мы въехали в город. Я взглянула на часы.

– На работу. Может, высадишь меня на ближайшей остановке?

– Мне нравится твое общество, – усмехнулся он.

Пока Костя был рядом, я не сомневалась, что он дал хороший совет: вынудить типа, который недавно гостил в моей квартире, немного понервничать. Ему придется быть настойчивее, и он рано или поздно себя проявит. Набраться терпения и ждать. Отец любил повторять: «торопливость губительна».

Сведения о своем отце я, конечно, тоже пыталась найти. Устроившись в полицию, первое время только этим и занималась. Точнее, поиски я начала, как только подружилась с Лавой.

Но, похоже, Свиридова Юрия Алексеевича в природе не существовало. Скорее всего, это имя вымышленное, как и его героическая профессия. Меня, то есть Татьяны Свиридовой, до моего появления в полицейском участке тоже как бы не было.