Снежный Тайфун

Но наша группа, петляя, будто слаломист между флажками, обходит объекты, защищенные большим количеством зенитных орудий, стремясь к конечной и единственной цели нашего рейда – Рижскому замку. Особенно нашим вертушкам опасны двухсантиметровые зенитные автоматы, которые у немцев имеются в одноствольном, двуствольном и четырехствольном варианте. Давить всех у нашего прикрытия банально не хватит боекомплекта, поэтому делать это стоит только в самом Рижском замке. А пока обходим наиболее неприятные места стороной – с ними разберутся и без нас.

Но проснувшееся ПВО – это еще далеко не все. Помимо этого, от нашего пролета на уровне крыш в городе наблюдается нечто вроде легкой паники. Люди мечутся, показывают в небо пальцами и размахивают руками. Наверняка некоторые рижане уже накрываются простынями и медленно ползут на кладбище. Знают кошки, чье мясо съели, а потому страшно. Лаврентий Палыч придет, порядок наведет. Только это еще цветочки; когда подойдут танки, будет гораздо веселее. Они уже в нескольких километрах от восточной окраины, так что ждите. Опять же, с учетом суровой реальности две тысячи восемнадцатого года, отношение у нашей мазуты к рижскому планктону будет далеко не благостным. Особенно к его национально-ориентированным подвидам. Не таким, разумеется, как у ОСНАЗа НКВД, который чуть позже начнет чистить эту клоаку, но и без сентиментальных чувств солдата-освободителя. Тут каждый, даже если он без акцента говорит по-русски, прежде чем заслужить человеческое отношение, должен доказать, что он как минимум не гнида и не предатель, а еще лучше – что он работал на подполье, партизан или советскую военную разведку.

Все, Рижский замок, считай, у нас перед носом. Пара «Крокодилов» эскорта делает горку и пускает пачки восьмисантиметровых осколочны НАРов куда-то в район Замковой площади. Потом тот же прием проделывает еще одна пара, а за ней еще одна, а остальные вертушки эскорта расходятся в стороны, чтобы прочесать огнем подступы к замку со стороны набережной. Оставляя за собой длинные дымные хвосты, ракеты уносятся к цели. Яркие в предутренних сумерках вспышки взрывов, во все стороны, как брызги шампанского, веером летят дымящиеся обломки. Опять, как и в случае с фон Боком, у меня что-то екает внутри.