Исай

Ведь под свадебным платьем меня ждал очередной сюрприз.

Белоснежные кружева украшали обожаемое тело моей обожаемой супруги. Полупрозрачная дымка подчеркивала хрупкую фигурку. И я остро понял, что ничего не видел более прекрасного. Вернее, я и раньше знал, что моя Белка – лучшее в этом мире. Она у меня идеальная. И моя.

Но сейчас я просто «поплыл» от удовольствия.

– У нас проблема, Белочка, – выдохнул я, жадными движениями накрывая идеальную грудь. Белочка выгнулась навстречу моим касаниям. А мне стало только хуже. Кажется, ширинка вот-вот лопнет от напряжения.

– Какая? – лукавый взгляд будоражил и сводил с ума, а легкие касания к щекам и к рубашке не груди просто убивали.

Я проследил за хрупкими, ловкими пальчиками, которые легко расправлялись с пуговицами на моей рубашке.

– Я сейчас сорвусь, – предупредил я.

Белка лишь прогнулась еще больше, обняла меня, оплела талию ногами, словно показывала, что и она сама балансирует по тонкой грани.

Никогда еще я не испытывал такой ненависти к собственному ремню, который не хотел расстегиваться.

Белка умудрилась справиться с застежкой, а потом и с молнией на моих брюках. Я просто завис, ртом впиваясь в тонкие кружева на любимой груди. И кайфовал от прерывистых стонов, ласкавших мой слух.

– Фелюш! – настойчиво взмолилась Белочка, когда я скользнул пальцами по ее трусикам, огладил бархатистую кожу на внутренней стороне бедра, и сдвинул тонкий шелк белья.

– Сейчас, маленькая, сейчас! – уговаривал я.

Я планировал любить мою девчонку долго и медленно, чтобы она билась в моих руках в экстазе наслаждения. Но девчонка все решила сама. Расправилась с моими брюками и легко погладила возбужденную плоть своими ласковыми пальчиками.

– Белка! – простонал я, понимая, что все, ждать больше просто физически не смогу.

А девчонка лишь приподняла бедра, прижимаясь ко мне всем телом.

– Я сейчас умру, Фелюш! – прохныкала она, прижимаясь к моему плечу лицом.

Я услышал тихий вскрик, и сам застонал от острого наслаждения, когда напряженная плоть проникла в желанный жар. Если бы не руки Белочки, я бы сдох прямо вот так, в эту секунду. Но жена держала меня, напоминая, что нужно дышать, двигаться, жить.

И я проник глубже, наслаждаясь рваным дыханием, тихими стонами и ласковыми прикосновениями нежных губ.

Я не мог продлить удовольствие. Слишком острым оно было. Словно тайфун, словно лавина, и я не боялся в ней пропасть. Ведь моя Сеня была со мной.