Завещание сына

Консультант сыскного бюро, а кто вы?

– Для друзей Дима Рогач. Для недругов Дмитрий Захарович. Я, бля, так влип, вы себе не представляете.

– Проходи, Рогач, и не лайся. Если я лаяться начну, будет хуже, – сурово предупредил Грыжин, пропуская толстяка в директорский кабинет.

– Не про вас ли мне Петр Григорьевич говорил? – почесал бороду посетитель.

– Смотря что говорил, – ответил Грыжин, указывая на кресло.

– Говорил, что у него есть старший друг, который умеет материться полчаса и ни разу не повторится.

– Брешет Петро. Но ты пришел не по мату соревноваться. Выкладывай.

– Я в машине зад отсидел. Можно постоять?

– Стой, – согласился Иван Григорьевич, – а я сяду. В моем возрасте задницу уже не отсидишь. Тренирована.

– Подполковник одну аферу раскручивает. – Рогач надвинулся животом на полированную столешницу и тяжело задышал. – Меня доктор ни за что к смерти приговорил. Я жизнь на пятьдесят штук «зеленых» застраховал. Хочу бабки назад получить. Петр Григорьевич сказал, что сам мне не помощник, потому что на казенной службе, а вашей конторе в масть.

– В курсе я этой истории, – кивнул генерал. – Ерожин меня предупреждал. Дело щекотливое, потому что ты сам жулик. Решил перед смертью деньгу зашибить. Последний бизнес на собственной шкуре провернуть.

– Ну и что? Я для престарелой мамаши старался.

– Забота о родителях похвальна. Но гарантий мы тебе не дадим.

– Подполковник предупредил, если страховая компания ни при чем, плакали мои бабульки. Но мне сдается, что они, бля, с доктором заодно.

– Вполне возможно. Заполняй бумагу, гони аванс. Будем работать.

– А сколько возьмете?

– Возьмем десять процентов от суммы. Ты сказал, пятьдесят тысяч? Значит, пять наших, из них тысяча в аванс. Не достанем твоих долларов у страховщиков, тысячу потеряешь. Думай, Рогач.

– Чего тут думать?

– Откуда я знаю, возможно, у тебя нет таких денег….

– Нету денег, привяжите к жопе веник. Там где пятьдесят, там и пятьдесят одна. Попал, бля, так попал. Давайте вашу бумагу.

– Сказал, не лайся, – проворчал Грыжин и полез в стол.

Договор с частным сыскным бюро Дмитрий Захарович составлял, высунув от усердия кончик языка:

– Грюны вам или Михееву?

– Финансами в нашей организации ведаю я. Поэтому выкладывай тысячу, и дело принято.

Рогач, сопя, извлек из глубин одежд толстый бумажник, долго отсчитывал, проверял, не слиплись ли бумажки, затем выложил доллары на стол.

– У меня к вам одно условие. Я первым получу со страховой компании.