Собственность сводного брата

Понимаешь? Не сможешь! Даже если мы уедем, нам придется прятаться, скрываться, стыдиться того, что может быть между нами. Я никогда не смогу родить от тебя, — орет она сквозь слезы.  — Ты хоть представляешь, сколько раз я думала об этом. Грязные фантазии, ты прав, но я не могу себе их позволить, мы не можем.

Я, шатаясь, поднялся, держась за стену. Слушал все это, знал, что она права. Но мысль, что она родит от кого-то другого, пусть даже от положительного Ника убила во мне все разумное.

Я сорвался к ней и поцеловал, вкусил запретный плод, снова и снова сминая губы, кусая их, слушая такие сочные стоны, те самые, о которых я мечтал так долго. Но как бы я не хотел продолжения, я все услышал. Она любит меня, но я брат и она выходит замуж за другого. Так, наверное, лучше.

— Все, — отстранился я и махнул рукой в сторону коридора.  — После твоего признания я вряд ли смогу быть сдержанным и смотреть, как ты целуешь другого.

— Ярослав, пожалуйста.

— Я не смогу больше быть рядом, просто быть братом. Сегодня ты видишь меня последний раз.

— Не надо так, Яр. Ты нужен мне.

— Теперь у тебя будет Ник, — шагаю я мимо нее и выбегаю на улицу, прыгаю в тачку и несусь сквозь ветер и череду деревьев. Спешу за светом дальних фар, петляя по дороге, снова и снова обгоняя такие медленные тачки. Лучше бы Борис убил меня. Лучше бы я сам умер в том лагере. Или, когда шел ко дну на озере много лет назад. Или шагнул в выбитое окно. Зачем существовать, если ее не будет рядом. Зачем насиловать себя, смотря, как рано или поздно ее чрево заполнит семя другого. Смотреть, как она будет растить ребёнка, которого я никогда не смогу ей дать. Зачем?

Наверное, это и было последней мыслью перед тем, как я снова обогнал фуру, совершенно не подумав, что на меня может лететь другая.

Я надеялась, что он придет на свадьбу. Переборет себя и пожелает мне счастья. Что будет рад за меня, будет рядом со мной. Это эгоистично, я понимаю. Я знаю, что мне давно нужно было отпустить его, но мысль не видеть его сообщений, не видеть его ухмылки, не ощущать его запах кажется невыносимой. Я бы убежала, не знай, что рано или поздно стыд и страхи возьмут верх над любовью. Над вспышкой счастья, что накроет нас, как только мы рванем к свободе.

— Мира, — мама проходит в комнату, где я стою возле зеркала и рассматриваю потрясающей красоты платье. Подходит сзади, чуть поправляя вьющийся локон на шее. — Ты великолепна, Николас будет счастлив.

— Ярослав не пришел?

— Может еще появится.