Скандальная связь

Эта история всколыхнет сейчас всё дерьмо, которое было в вашей семье, и ударит наотмашь по самым слабым местам. Вскоре ты узнаешь очень многое о людях, которых считала друзьями. А если ещё кто-то умрет из пациентов или останется инвалидом из-за использования некачественных медицинских устройств... – Эрик осекается, потому что я дергаюсь от его слов.

Физически становится больно. Словно меня ударили по лицу. Отрицательно качаю головой, вжимаясь всем телом в кресло, и морщусь, теряя контроль.

– Я не пугаю, Рина, – аккуратно продолжает Эрик. – Но люди, в сущности, в большинстве своем звери. Очеловеченные хищники. А когда у человека есть власть, то появляется чувство вседозволенности, стираются границы. Это очень плохо. Для тебя.

Умом понимаю, что он пытается до меня донести, но принять такую правду очень сложно.

– Этим звонком твой отец лишь всё усугубил. – Везунчик шумно вздыхает.

– Что ты имеешь в виду? – недоумеваю я."

"– Я бы потом в новостях обо всём прочитал и пришел к выводу, что девочка перед браком с навязанным женихом решила немного оторваться. А теперь с тобой что делать, девочка? – В его голосе чувствуются горечь и злость. – С братом в одной клетке закрыть и не выпускать, пока вокруг вас спокойнее не станет? Тебе нужно было тандем с Яном организовать, а не ко мне тем вечером подходить. Сейчас бы с ним в бега подались вместе. А может, правда, соберешь чемодан и обратно во Владивосток? На базу к моему другу?

– Я никуда не полечу и останусь в Москве, – произношу обреченно. – А если бы имела возможность предотвратить кошмар, в котором оказалась не по своей вине, то сделала бы всё от меня зависящее. Прятаться и сбегать – это не про меня.

Эрик долго трет лицо рукой и закрывает глаза. Я отворачиваюсь и снова думаю об отце. Похоже, его все-таки задержали и он на допросе. Всё указывает на это.

Мы приземляемся через двадцать минут и выходим из здания аэропорта. Я ищу глазами Петю. Прощаюсь с везунчиком и собираюсь уйти, но он берет меня за руку.

– Рина... если совсем в тягость будет, ты знаешь, где я живу. Помочь отцу – не моя сфера влияния, к тому же я без понятия, какие люди за ним стоят и с кем он ведет дела, но тебе в случае чего защиту обеспечу и никого не подпущу. По-дружески, – добавляет Эрик, приподнимая уголок рта.

Запомнил мои слова, что теперь он во френдзоне? И правильно. Это была не шутка.

– Я редко меняю принятые решения. К тому же хищники мне больше по вкусу, чем травоядные.