Святоша

Разрывалась на части, сгорая во внутреннем огне, погибая, восставая, понимая, что нельзя больше медлить. Либо мы станем единым целым, либо попросту умрем.

Голоса… До меня долетели голоса.

– Что с ней? – спрашивал Этар Хаас."

"– Не знаю, не знаю! – кажется, Антор, переполненный отчаянием. – Ей ничего не помогает!

– Сделай что-нибудь! Маг ты или нет?!

– Маг, как видишь! – огрызнулся брат. – Здесь нас много таких – и Светлых, и Темных… Драконы, шаманы, лекари и знахари – выбирай любого! И мы не можем ей помочь. Так же, как в Волчьем Долу, я не понимаю сути происходящего…

Он почти кричал, но ар-лорда этим было не смутить.

– Ты должен…

– Уходи! – заорал на него Антор. – Прочь! Не мешайся! Вон!

Этар Хаас уходить не собирался. Держал меня за руку, говорил со мной. Просил вернуться. Но я не могла выбраться из собственного пылающего лабиринта. Меня лечили драконьей магией, проводили ритуалы – Темные и Светлые; вливали зелья, обтирали снегом. Звали, умоляли вернуться, плакали, говорили, увещевали… Но я уже была слишком далеко.

Вновь очнулась, услышав, как…

– Это все ты! Ваше племя виновато, – голос Этара Хааса – холодный и безжалостный. – Вы – драконы… – это слово прозвучало как ругательство. – Знай, если она умрет, ты будешь следующим!

– Конечно, – спокойный ответ Дарьяна. – Я отправлюсь за ней. С твоей помощью или без, крылатый!

– Но почему? Почему?! – рев, полный боли. – Что с ней?

– Я не знаю! То, как она спасла Аришшу, – уникально. До этого ни разу, никто не совершал подобного, поэтому я не могу судить… Не понимаю, почему! Единение со второй ипостасью у драконов происходит быстро и безболезненно.

В положенное время…

– В положенное время?! А ведь ты постоянно ее подталкивал, заставляя…

– Думаешь, если бы я знал, я бы позволил?!

– Ты бы сделал все, чтобы заполучить ее!

– Уймись, Хаас! Не бросай пустых обвинений. Мы оба сделали все, чтобы заполучить ее.

– Возможно. Возможно! Но я не позволю ей умереть! Ей нужен лекарь из моего племени. Я привезу его из Гридара…

– Нет, это опасно.

Я улечу с ней в Зареб. Если до завтрашнего утра ей не станет лучше…

– Она слишком слаба. Три дня лета, когда лихорадка убивает ее тело?! Она не перенесет пути. Если доживет до утра…

И снова огонь, и снова причудливые переплетения воспоминаний. И снова попытки выбрать свой путь. Я вновь стояла на перекрестке, раздираемая на части противоречивыми желаниями. Сил стоять не осталось, и я начала падать. Опускалась на дно, упала так низко, что поняла: дальше некуда.