Чертовски неправильное свидание

Несмотря на то, что его главная работа заключалась в том, чтобы следить за мной, а не обеспечивать мою безопасность. Он отвечал за то, чтобы я не сделала ничего, что не понравилось бы Джолетт и Марко.

Плюс был в том, что он постоянно молчал.

Устроившись в кожаном кресле, я вытащила наушники и приготовилась к полету. Я взглянула в иллюминатор – Лос-Анджелес стремительно исчезал из виду.

Я хотела бы попрощаться с ним… навсегда.

Когда-то я думала, что Лос-Анджелес – самый волшебный город на земле. Я считала, что он станет ключом к воплощению мечты Джолетт о моем звездном будущем.

Я не представляла, что он станет моей тюрьмой.

Даже солнце и пальмы не могли изменить это.

Было бы хорошо уехать. Я привыкла жить в клетке, и это было нехорошо.

Совсем не хорошо.

Как только у меня появился шанс… я позволила себе мыслями оказаться снова в… той ночи.

Тогда я кончила намного больше раз, чем могла вспомнить сейчас. И рядом с Мистером Подражателем Халку, который следил за каждым моим движением, мне точно не следовало возбуждаться.

Но то, как Уолкер смотрел на меня…

– Хотите кофе, мэм? – спросил голос.

Я вздрогнула и повернулась к стюардессе, которая стояла в проходе с подносом. Запах кофе окутал меня.

– У вас случайно нет кучи сливок и ванильного сиропа… м? – с надеждой уточнила я.

Она поморщилась и мельком взглянула на Мистера Сэра Копия Халкалота, который делал вид, что не слушает наш разговор.

– Всего этого нет в списке одобренных для полета вещей, мэм, – пробормотала она, не глядя мне в глаза.

– Что ж, ладно, – сказала я фальшивым, странно высоким голосом. На минуту я увлеклась… подумала об этих выходных как о чем-то, чем они, конечно, не были. Напоминание в виде списка одобренных Джолетт вещей, который она составляла, когда я выезжала официально как «Оливия Дарлинг», – как раз то, что мне было нужно, чтобы перестать обманывать себя.

– Извините, – прошептала она, когда поставила кружку, полную смоляно-черного кофе, на стол передо мной.

Я не притронулась к ней.

Через несколько минут она вернулась с накрытым подносом.

– Ваш омлет из яичных белков и салат, мэм, – пробормотала она, снова украдкой взглянув на моего надзирателя.

– Спасибо, – проговорила я, когда она поставила еще одну чашку кофе рядом с подносом, хотя передо мной все еще стояла нетронутая кружка.

– Я… – выдавила я, прежде чем заметила, что в новой чашке напиток был кремово-коричневого цвета. Значит, в ней было все самое любимое мной.