Чертовски неправильное свидание

Что мне делать? Я должна была быть умнее. Что подумает Уолкер? Он шутил о моей беременности, но все это было… шуткой, так ведь? Я сразу же подумала о самобичевании, потому что мне всегда так легко это давалось… Но передумала.

Потому что сквозь пелену страха… прорывалось одно слово.

Мамочка.

Я стану мамой.

Я всегда хотела ей стать. Раньше никогда не признавалась в этом, когда переезжала из города в город, была одна в гостиничных номерах и в автобусе, думала о том, каково это – иметь настоящую семью, о том, какой буду мамой. И обещала себе, что стану полной противоположностью Джолетт, стану лучшей мамой, какой только смогу.

Странно, конечно, думать о таком подростку, но одиночество заставляет размышлять о подобном – например, каково это, иметь кого-то, кто любит тебя. Действительно любит тебя, а не твой образ.

И вновь в груди появилось то, что я не осмеливалась подпускать к себе все эти годы. Единственное, что постоянно всплывало в сознании с тех пор, как мы с Уолкером встретились взглядами на той первой игре.

Надежда.

Глава 28. Оливия

Дневной солнечный свет проникал в окна, окутывая меня теплом. Я сидела на диване, погруженная в собственные мысли, готовилась к скорому возвращению Уолкера домой.

И моменту, когда скажу, что он станет папой.

Резкий стук в дверь вернул меня в реальность. Насторожившись, я поднялась с дивана и направилась к двери, думая, что это, возможно, приехал курьер.

Я посмотрела сквозь затемненное стекло двери и увидела женский силуэт. Мне хватило одного робкого взгляда в глазок, чтобы замереть и запаниковать. Потому что за дверью стояла она.

Джолетт.

– Я вижу тебя. Открой эту гребаную дверь, черт возьми, – рявкнула она, и я поежилась. Вся моя решительность улетучилась при мысли о ее присутствии.

Но я могла бы дать ей отпор. Мы не виделись несколько месяцев. За это время я обзавелась какой-никакой броней. Так ведь? Вероятно, это просто проверка, небольшое напоминание о том, кто по-настоящему мной владеет.

Я открыла дверь, чем подписала себя на мучение длиной во все время, которое она здесь пробудет. Джолетт стояла на пороге – уложенные волосы, дизайнерский наряд: было безупречным, как и обычно.

Мой желудок скрутило, когда она вошла.

– Джолетт, – коротко и безэмоционально поприветствовала я ее. – Ты могла бы позвонить…

Губы Джолетт изогнулись в лукавой улыбке, ее взгляд скользнул по мне с оттенком отвращения."

"– Просто подумала, что лучше зайти и поболтать лично, – ответила она и прошла в коридор.