Священник

Люди реагировали по-разному: кто-то тихо сомневался в услышанном, кто-то громко насмехался:

— Это же твой брат, который убил египтянина, а потом сбежал. И это он должен избавить нас от египтян? Ты что, выжил из ума? Бог не стал бы использовать такого человека, как он!

— Что это он снова здесь делает? Да он больше египтянин, чем еврей!

— А теперь он мадианитянин!

Некоторые откровенно смеялись.

Аарон чувствовал, что еще немного и он взорвется.

— Покажи им, Моисей! Дай им знамение!

Моисей бросил посох наземь, и тот превратился в огромную кобру.

Стоявшие вблизи с криками разбежались. Моисей нагнулся, протянул руку и схватил змею за хвост: она тут же опять стала посохом. Притихшие люди осторожно начали подходить ближе.

— Есть и другие знамения! Покажи им, Моисей.

Моисей положил руку за пазуху и сразу же вынул. И вот, рука побелела от проказы. Раскрыв рты от удивления, люди отпрянули назад. Тогда он снова положил руку за пазуху и тут же вынул. Рука опять стала чистой, как кожа новорожденного младенца.

Раздались радостные возгласы.

Дотрагиваться посохом до воды Нила и превращать ее в кровь Моисею не пришлось. Народ уже радостно восклицал:

Не выпуская посох, Аарон поднял руки и воскликнул:

— Хвала Богу, услышавшему наши молитвы об избавлении! Вся слава Богу Авраама, Исаака и Иакова!

Народ вторил ему. Упав на колени, они низко кланялись и прославляли Бога.

Когда же израильских старейшин попросили пойти к фараону, они отказались. Аарон и Моисей должны были идти одни.

Пока они шли по городу фараона Фивы, Аарон чувствовал, как с каждым шагом он становится все меньше и слабее. У него никогда не было причин приходить сюда, в эту стремительную суету рынков и запруженных улиц, расположенных в тени огромных каменных зданий, в которых жили фараон, его советники и боги Египта. Всю свою жизнь Аарон провел в земле Гесем: здесь он работал на начальников и старался выжить, собирая урожай и держа овец и коз. Кто он такой и почему решил, что сможет предстать перед великим правителем и произносить слова вместо Моисея? Все говорили, что даже в детстве Рамсес, как и его предшественники, был высокомерным и жестоким.

Кто осмелится противоречить правящему богу всего Египта? Особенно такой восьмидесятитрехлетний старик, как он, да его младший брат восьмидесяти лет от роду!

Он чувствовал горький запах пота Моисея. Это был запах ужаса. Перед тем как предстать перед своим народом, его брат из-за страха почти не спал ночь.