Правдивая история приключений Дракона-Спасателя, Светлой Принцессы и Рыжеволосой Ведьмочки

Лана с Чудой покрепче ухватились за дракончиков и побежали навстречу нарастающим клубам, в которых стали вырисовываться всадники на огромных косматых зверях, толи зубры, толи еще кто-то…

Русалка взвизгнула от испуга, Лана прибавила ходу. Стали вопреки всему уходить слегка в сторону. Степь стала преображаться. И вот ноги уже топчат сочную зеленую траву, а впереди небо подпирали пушистые макушки деревьев.

Девушки что-то разогнались, Чуда чувствовала воду и гнала как ополоумевший заяц, Лана просто решила слегка разрядится после безрезультатной встречи с Владом во сне. А у дракончиков просто не оставалось выбора.

Тормозить пришлось резко, даже отступить на пару шагов.

— Рррррр… — к бегущим по поляне повернулась окровавленная морда огромного волка. Он слез с загрызенной коровы и начал наступать на путешественников.

Дракоши оттеснили девочек за свои крылатые спины и стали рыться в поясах. Волк зарычал более угрожающе и приготовился к броску. Лана выглянула из-под крыла 213-го и уцепилась за золотистые глаза. Глянула на звездный небосвод, в котором плыла полная луна.

«Значит мне не показалось». — Лана выпрыгнула из-за спин защитников и загородила от них волка.

— Его нельзя убивать, он оборотень! Значит, с утра человеком станет и судить его надо как человека, а не дикого зверя!

Горячее дыхание щекотнуло сзади шею. Лана слегка вздрогнула.

«А что если я ошиблась, и это обращенный, а не истинно рожденный? Что если он сам себя не помнит? Да нет, я же видела его глаза, он разумный».

Лана всё же решила отстаивать свою точку зрения до последнего. Братья переглянулись и припомнили предупреждение Светлоокой о её порывах души.

Дракончики плавными приставными шагами разошлись в стороны, беря оборотня в клещи. Чудица зачем-то приняла позу бегуна на старте, резко и громко хлопая по спине недоразвитыми крылышками. При этом рычала, приподняв верхнюю губу и обнажив драконьи клычки. Видимо, от Шумила научилась.

— Эй, перевертыш, сюда слушай! Одно резкое движение — и ты слепой! — заявил 512-й. — Ты для нас — мясо на два дня. Но Лана решила тебя спасти.

— Она вечно кого-то спасает, а мы потом голодные, — подтвердил 213-й.

На морде волка отчетливо проявилось удивление. Мысль о том, что он — добыча, раньше ему в голову не приходила. Оскалившись, он демонстративно медленно лизнул Светлоокую в шею.

— Ой, — сказала Лана.

Выражение удивления на морде волка сменилось задумчивостью, потом растерянностью.