(Не)строго бизнес

И просыпаться с простой мыслью, которая меняет все: сегодня – не очередной «день сурка», а ещё одно чудо, в котором можно найти миллионы возможностей и бесценные секунды времени, в которые мы можем любить близких.

– Тебе не о чем жалеть, Эмилия, – Адриан преодолевает расстояние между нами и поддевает мой подбородок, пристально заглядывая в глаза. – Теперь твои руки развязаны. Но главное, что ты жива, девочка, – в его голосе звучат одержимые нотки.

Я не могу унять мелкой дрожи в теле. Страх остается, не уходит. Ещё один удивительный факт: в моих глазах, Адриан Батлер – некто вроде жесткого палача и всесильного героя, одновременно.

– Все ещё боишься меня? Я не мог поступить иначе, Эмилия. Есть люди, против которых не работает закон. И они действуют исключительно за чертой закона, не понимая иных мер.

– Меня пугает все это, Адриан, очень. Твой мир, полный пепла и грязи. Я не хочу быть причастна ни к чему подобному, несмотря на мои чувства к тебе, – скулы Адриана подрагивают, словно я только что залепила ему мощную пощечину. – Все это слишком для меня, Адриан. Не знать, что будет завтра, жить в постоянном страхе, – теперь уже я нежно обхватываю его подбородок, скулы, и мы чертовски близко опять. Внутреннее чутье и эмпатия подсказывают мне, что он ждал совсем других слов, но я не хочу подстраиваться и угождать.

– Почему ты сделал это сам? Я же просила тебя…, – едва слышно выдыхаю я. – Ты убил двоих на моих глазах и спрашиваешь, почему я боюсь тебя? Откуда мне знать, что ты не делал этого раньше и не сделаешь снова?

– Поверить, Эм, – хрипло говорю я, и подвинув стул, сажусь напротив Эмилии. Смотрю в её глаза, переплетая наши пальцы. – Сделать выбор в мою пользу, несмотря ни на что.

– Ты бы смог? – отчаянно всхлипнув, спрашивает она.

– Да, – уверенно киваю я. – Уже сделал. Я хочу быть с тобой, малышка. Знаю, что я – не принц из девичьих фантазий, и сейчас кажусь тебе пугающим незнакомцем. Мне придется сильно постараться, чтобы ты снова научилась доверять мне и не бояться, но обещаю, что ты не пожалеешь, если тоже выберешь меня. Я позабочусь о тебе, Эм.

– А если не выберу? – ее ресницы опускаются, скрывая от меня выражение глаз. Сердце дергается от боли, которую я, без сомнения, заслужил. Я могу поклясться, что больше не дам ей ни одного повода усомниться во мне, но мои слова ничего не изменят.

– Это будет твое решение, Эм, – отвечаю низком шепотом. Никогда еще простая фраза не давалась мне так мучительно сложно.