(Не)строго бизнес

– Что ты творишь, Эм? – хриплю я, сжимая упругие налившиеся полушария, дразня твердые узелки сосков, жадно пожирая взглядом обнаженное тело моей охеренно-сексуальной наездницы. Эмилия двигается на мне в быстром развязном ритме. Горящий темный взгляд неотрывно наблюдает за моим лицом.

– Подожди, слишком быстро, – сдавленно бормочу я, сжимая в ладонях упругую задницу, замедляя бешеный темп. Она насмешливо ухмыляется и, склонившись, целует в губы, зарываясь пальцами в мои волосы, твердые соски царапают мою грудь, гортанные стоны тонут в развратном поцелуе. В ее прикосновениях нет привычной робкой нежности, в глазах решительное нечитаемое выражение. Эмилия метит меня, до крови кусая губы, царапая острыми коготками, заставляя рычать и шипеть от болезненного удовольствия. Она вымещает на меня кипящий внутри нее гнев, ее необузданная животная страсть пропитана яростью. Гордячка делает то же самое, что я час назад, но разница в том – что ей есть, за что на меня злиться, а мне на нее – нет.

К финишу бешеной скачки Эм приходит первой, громко стонет, оставляя кровавые борозды на моем торсе. Пара хаотичных движений стройных бедер, влажное скольжение моих пальцев по припухшему клитору и взмокшее тело Эмилии выгибается в бурном оргазме, сжимая разбухший член сокращающимися мышцами. Я последний раз мощно вбиваюсь в нее снизу и взрываюсь с грудным рычанием. Эм обессиленно падает мне на грудь и какое-то время мы лежим, прилипнув друг к другу и восстанавливая дыхание.

Потом, не сговариваясь, идем в душ, неторопливо моем друг друга и снова возвращаемся в постель. Эмилия устраивается у меня под боком, рассеянно блуждая пальцами по взбухшим следам своих коготков.

– А знаешь, что самое удивительное, Адриан? – шепчут ее губы в мое плечо.

– Ммм? – скользнув ладонью по изящной спине и выступающим лопаткам, целую ее в мокрую макушку.

– Ты даже не понимаешь, что происходит.

– А что происходит? – лениво интересуюсь я.

– Катастрофа, Батлер, – выдыхает Эмилия, приподнимая голову и задумчиво, с сожалением глядя на меня.

– А, по-моему, было неплохо, – ухмыляюсь я.

– Да. По-моему, это очевидно.

– Это был мой последний подарок, Батлер, – ее голос звучит резко и даже грубо, заставляя меня напрячься и активировать аналитическую часть мозга, которую Эм так умело и убедительно усыпила. – Исключение в честь твоего дня рождения. На этом все. Других не будет, – отстранившись, Эмили садится, стаскивая с меня одеяло. – Поднимай свой голый зад и проваливай с кровати.