Удар «Стрелы»

Эти слова неприятно подействовали на майора спецназа, и он ответил довольно грубо:

— Вот только не надо, полковник, учить меня, как работать против отрядов боевиков.

В ответ ожидал услышать тоже нечто нелицеприятное, но Гаврилов сказал:

— Извини, майор! Действительно, не мне учить командира диверсионной группы.

— Ладно, проехали! Считаю до окончания операции выходить в эфир делом ненужным. Вызову вас, когда понадобится «вертушка» для эвакуации группы!

— Посмотрим по обстановке. Ты уверен в своих силах?

— Иначе, полковник, меня здесь не было бы!

— Понял! Удачи тебе, Стрела!

— Всем нам удачи! Отбой!

Вьюжин отключил станцию, взглянул на Гончарова:

— Ну что, Саня? Прорвал Тамерлан границу. Банда идет к нам. Пойди и ты отдохни.

Гончаров молча спустился на каменистое дно балки.

Вьюжин вызвал Лебеденко:

— На связи! С добрым утром, майор!

— А чего так недовольно?

— Недовольно? Что вы? Никаких причин для недовольства не имею! Просто пожелал доброго утра!

— Сейчас полночь! Это к твоему сведению. Что делают горцы?

— Вырубились. Лежат вокруг костра.

— Вижу огонь. Отдохни до пяти и ты.

— Ну, спасибо! Было бы еще где!

— Отойди на прежнюю позицию. Смысла дальше находиться у валуна не вижу.

— Давай! Начнем отработку поста в 5.30. Точнее, в 5.30 ты отработаешь пост.

5.00. Ночь еще вовсю властвовала над горами и ущельями, когда Вьюжин отдал приказ подгруппе, находящейся на плоскогорье:

— Внимание, Бурлак и Лебедь! Доложить обстановку!

Первым ответил Лебеденко, вернее, пробурчал:

— Командир! Дай хоть глаза протереть. А обстановка? Что с ней будет? Сейчас поднимусь на склон, посмотрю пост!

— Он в порядке. По крайней мере, я вижу тлеющие угли костра и тела, завернутые в одеяла, вокруг него.

— Тогда о какой обстановке вы спрашиваете?

— Ты помнишь, что должен сделать через полчаса?

— Тогда выдвигайся к валуну и готовься к работе.

Старший лейтенант сказал:

— Мне мочить духов спящими от валуна несподручно будет. Надо бы поднять их.

— Ты будь готов быстро отработать цели, остальное не твои проблемы.

— Как скажете! Выдвигаюсь к валуну, отбой!

Следом за Лебеденко Вьюжину ответил капитан Бураков:

— Вьюн, у меня все в порядке!

— Хорошо! В 5.30 по посту начнет работать Лебедь. В случае чего прикрой его.

Майор взглянул на Гончарова:

— Надо поднять дичь, Саня!

— Пустить в костер сигнальную ракету?

— А что? Сначала выбьет искры в очаге и осыплет ими бандюков. Думаю, со сна, да еще после анаши, они не въедут, что произошло. Но проснутся.