Удар «Стрелы»

Сержант уже открыл рот, дабы подать команду Халиму, как со стороны взорванной школы донеслись одиночные выстрелы, затем трассеры длинной автоматной очереди пропороли черное небо.

Лейтенант воскликнул:

— Черт! Что там такое?

И тут же раздался голос из машины:

— Миша, Вова, давайте в вездеход! У школы начались беспорядки. Народ пошел на наших и на солдат. Начальник приказал всем двигать туда! Срочно!

— А чего мы втроем-то там сделаем?

— Полковник всех собирает, и войска на подходе! Короче, лейтенант, приказ двигать к школе со стороны автостанции, к БМП полка!

Начальник патруля повернулся к Халиму, кинул ему паспорт, приказал:

— Днем находиться у Федоренко неотлучно. Мы еще встретимся и продолжим разговор. Не нравишься ты мне, Гулимов! И не пытайся скрыться, город оцеплен!

Облегченно вздохнув, Дикой сказал:

— Да я сам могу к вам прийти. Скажите только, куда и во сколько?

— Я уже сказал, что тебе следует делать. Из дома шлюхи ни ногой! Понял?

Лейтенант кивнул сержанту:

Милиционеры сели в «УАЗ», и тот, чуть не задев бандита, поехал к автостанции.

Положив паспорт в карман, Халим задумался. Лейтенант обещал завтра явиться к Галине. Явится ли? Вряд ли! Если толпа подняла бучу, ее скоро не успокоить. Нет, не успокоить! И ментам будет не до какого-то заезжего «татарина» и местной шлюхи. Придется, правда, сидеть на месте, но ничего. Покинет город позже. И Галина в результате проживет дольше. Так что ничего страшного не произошло. Раз Халим не попался сразу, теперь доказать его причастность к террористическому акту невозможно. Даже если попытаться расколоть Галину. Та не дура, лишнего не скажет, да и зуб у нее на ментов. Так что все продолжает идти по плану.

Бандит взглянул на часы.

Ого! Почти четыре! Это ж сколько его мурыжил бестолковый лейтенант? Почти час? А показалось, с десяток минут. Халим, вжав голову в плечи, быстрым шагом направился к дому № 22.

Галина открыла дверь на звонок. Дикой сразу обратил внимание на ее одеяние и состояние. Подшофе, но приготовилась к случке, напялив на себя шмотки, в которые ее иногда заставлял перед постелью одеваться Халим. Морда слегка опухшая и встревоженная. Галина спросила, как только Дикой оказался в прихожей:

— Ты где пропал, Ринатик? Позвонил, сказал, что идешь, и исчез на час! Что-то случилось?

— Ничего особенного. Менты возле дома остановили. Слышала, террористы школу взорвали?

— Да ты что? Серьезно?

— Серьезно! И взорвали сами боевики. Вместе с собой.