Удар «Стрелы»

— А чего рвать-то? По связи нельзя доложить?

— Уверен, что в коридоре вдогонку радиоуправляемых мин нет?

— Так Гончар из лежбища бомжей по рации связывался со школой — и ничего!

— Правильно, там стены экраном служили, а здесь? Кладка? Хотя, конечно, шансов на совпадение частоты работы станции с частотой радиодетонатора, как и наличия радиоуправляемых зарядов, ничтожно мало, но все же перестрахуемся. Я лично в этом подвале по нелепой случайности подыхать не желаю. Так что давай, Дуб, одна нога здесь, другая там. И нас командир пусть не вызывает в эфире. Все, что надо, передаст через тебя. Ну а ты сюда инструкцию и доставишь.

Мамаев проверил, куда из помещения вытягивает воздух. Оказалось, в коллектор. Странно, а в самом тоннеле штиль. Может, воздух тянет в шахты колодцев? Но это не столь важно. Важно другое, в ожидании Дубова можно спокойно, без риска быть замеченным противником, перекурить. Капитан достал пачку сигарет с зажигалкой, машинально посмотрел на часы. 22.27. Пол-одиннадцатого! Интересно, что происходит наверху и в оперативном штабе? Какие условия выдвинул безбашенный Дикой? И не блефует ли он с условиями? Сумеют ли наши переговорщики переиграть Дикого? И будет ли штурм? Вопросов много. Ответа ни одного. Капитан, прислонившись к бетонной стене, закурил.

Захваченная школа. 25 сентября, 7.45.

Халим, приведя себя в порядок после рваного, нервного сна, принял заместителя, явившегося в кабинет директора для доклада:

— Присаживайся, Зухур! Я, проходя по раздевалке, слышал какой-то ропот из актового зала. Что это означает? Заложники чем-то недовольны?

— Да, саиб! В основном возмущаются учителя, мелкота 1 — 3-х классов плачет, просится домой, школьники старших классов поддерживают учителей.

— Чем же они недовольны? Тем, что еще живы? Мелкота понятно, дети, а учителя?

Заместитель главаря банды объяснил:

— Они недовольны тем, что их не выводят в туалет, не дают воды, пищи. Главное — туалет, ведь им приходится опорожняться прямо меж сидений рядов, наши люди запрещают заложникам вставать. А это, видите ли, унижает их достоинство, директор заявила, что, мол, мы поступаем бесчеловечно. Девочки и женщины не должны справлять естественные надобности под себя и на виду у мальчиков и мужчин!

Халим достал из кармана длинную папиросу. Затянулся дымом отборной анаши. Наркотик улучшил его настроение. Главарь взглянул на заместителя слегка поплывшим взглядом заблестевших глаз:

— А ведь директриса права, Зухур! И учителя со школьниками правы.