Одержимая страстью

— Почему ты ведешь себя как  пОрная [блудница]? Я же все сделал для того, чтобы ты была только моей!

Мой мозг в агонии, в нем мечутся разные мысли, и в их число входят и те, которые готовы вырваться наружу, но из-за нехватки кислорода они так и остаются только в голове."

"— Я снял тебе большой дом, нанял слуг и даже этого прохвоста к тебе подселил и что получил взамен?

Свободной рукой он сжимает мне челюсть и  поворачивает голову к себе так, что наши взгляды встречаются. Мой полоный ужаса и его полный гневного пламени.

— Боишься?! — красиво очерченные губы искривляет гнев. — И правильно делаешь.

Он впивается в мои губы зубами и наконец-то отпускает шею. Я делаю рваный вдох, сопровождающийся болью от того, что он терзает мои губы.

А пальцы Элата тем временем уже во всю хозяйничают там, где он поставил свою «печать первопроходца».

— Ну, хотя бы здесь не разочаровала. Или знала, что я приду?

Он выуживает из анального колечка свой «подарок», и я на короткий миг вздыхаю с облегчением от того, что мне там больше ничего не мешает. Но Элат не дает полностью насладиться свободой, он отстраняется и прижимает меня головой к подушкам, одновременно подтягивая попу кверху.

— Давай,  расставь свои ножки пошире.

Принц вклинивается между бедер, и я чувствую, как его каменный фаллос упирается мне в ягодицу. Закусываю губу до боли и напрягаюсь в ожидании, комкая в ладонях белые простыни.

— Какая же ты сладкая.

Его губы касаются одной половинки попы, и в этот же момент что-то влажное капает мне на ажурную звездочку.

— Матерь Божья, защити, — я это уже не сказала, а выстонала от того, что Элат одним размеренным движением вошел в меня на всю длину.

Меня аж тряхануло от перенапряжения, и я, не сдерживая инстинктов, выгнула спину настолько, насколько это позволял позвоночник. Боже мой, это просто зверское насилие над личностью и над телом этой самой личности.

— Да, давай, Лейя, покричи для меня.

Принц убирает руку от моей головы и вцепляется двумя лапищами мне в бедра, наращивая темп, и я удержать внутри себя эмоции уже не могу. Они зашкаливают, затуманивая мозг и затягивая разум пеленой грязной похоти. Я, будто чумная, ничего не понимаю, держусь за ускользающую реальность, но с каждой секундой это сделать все сложнее, и в конце концов я снова падаю в яму порока.

Наказание длилось несколько часов подряд. Принц, будто одержимый, не переставал насиловать мое тело.