Озерные страсти

Северов, усмехнувшись ее почти детской непосредственной горячности, галантно предложил:

– Тогда разрешите? – протянул он руку к корзине.

– Да, с удовольствием, – отдала она ему свою ношу вместе с зонтиком. – Спасибо, тяжеловато оказалось таскать ее на сгибе локтя.

– Прошу, – забрав у нее корзину, повел рукой Антон приглашающим двигаться вперед жестом и спросил, когда девушка пошла назад по проулку: – Александра Юрьевна не сильно будет сетовать, что вы так и не добрались до Олимпиады Власовны?"

"– Ничуть. Единственное, надо поставить ее в известность об изменении моих планов, – уверила Аня и спросила, в свою очередь: – Но вы ведь тоже, Антон Валерьевич, шли куда-то по своим делам?

– Я просто гулял, заметил вас и решил поздороваться.

Не стал объяснять ей Северов, что «гулял» он вполне целенаправленно в сторону дома ее тетушки, решив нанести дамам визит под предлогом обсуждения вчерашнего происшествия, якобы узнать, как прошел опрос Анны следователем, представиться лично Александре Юрьевне – в общем, наладить дружеские добрососедские отношения.

Вот так шел и вдруг увидел Анну, выходящую из калитки, не заметившую его, и последовал за девушкой, только разговора той тетки, о котором она так живо рассказывала, не слышал, чуть задержавшись, пропуская ехавшее по дороге VIP-такси, водитель которого, притормозив возле Антона, уточнил расположение интересующего его номера дома.

Когда они вошли на его участок, Анна закрутила головой, торопливо, но очень внимательно рассматривая дом, да и сам участок в пределах видимости, пока они шли по дорожке. Антон отметил, как изменилось выражение ее лица, да и сама она стала сосредоточенной, погруженной в свои мысли, цепким взглядом художника присматриваясь к деталям. И подивился: надо же, ей и на самом деле захватывающе интересно.

Но, оказавшись в теплом пространстве дома, Аня вдруг почувствовала, что успела даже не замерзнуть, а скорее отсыреть, что ли, и Северов, заметив, как девушка, сняв свой дождевик, непроизвольно ежится, поспешил провести ее в большую комнату, служившую кухней-столовой-гостиной, интересно разделенную на зоны разными дизайнерскими приемами; усадил в низкое уютное кресло возле камина, в котором тлели дрова багровым жаром, а сам занялся завариванием чая и накрытием стола.

Анюта, погрев руки у огня, достала смартфон и позвонила тетушке, коротко оповестив, что зашла в гости не совсем чтобы к Олимпиаде Власовне, вернее, совсем не к ней и даже в противоположном направлении.