Машина страха

Мало того, что разрушил труды стольких лет, так еще приказания отдавать вздумал! Не бывать этому.

В приемное отделение сыска Прибытков вошел, как крейсер во вражескую бухту, изготовив орудия к залпу. Между тем противник преспокойно восседал за столом, пристроенным в углу около окна. Он перелистывал розыскной альбом Департамента полиции за прошлый год, который со стороны выглядел книжкой с фотографиями.

– А, вот и вы, – сказал Ванзаров с отменным равнодушием, как будто поджидал редактора. – Паладино отказала в сеансе?

Чаша терпения переполнилась. Последние сомнения отпали: вот кто виновен в постигшей неудаче. Не сдерживаясь, Прибытков закатил обвинительную речь, в которой излил всю свою горечь. Он обвинял чиновника сыска в том, что тот не сдержал слово и нанес русскому спиритизму удар, от которого еще долго не оправиться. Другой удар все тот же чиновник, оказывается, нанес по журналу «Ребус», репутация которого смята и уничтожена. И еще больше провинился опять же чиновник сыска, что смеет отдавать приказы о сеансах. Что полиции уж никак не касается, а является свободным изъявлением воли тех, кто любит русский спиритизм и дорожит им. А не режет его на корню. Ну и тому подобное…

Трагическую речь Ванзаров выслушал с полным спокойствием. Когда Виктор Иванович выдохся окончательно, предложил ему воды. Тот отказался и без сил рухнул на стул для посетителей.

– Как вы могли так поступить, Родион Георгиевич? – проговорил он, тяжело дыша.

Ванзаров вложил в альбом бумажный обрывок и закрыл его.

– Ваше предположение ошибочно.

Прибытков держался за грудную клетку, ходившую ходуном.

– За дурака меня держите? Я не понимаю вашей игры: ради собственной надобности напугали мадам Паладино… Вы не понимаете, что натворили своим эгоистичным поступком…

– У меня не было ни желания, ни нужды пугать Евзапию Паладино, – ответил Ванзаров. – Решение она приняла сама.

– Откуда вы можете знать?

– Позавчера мадам Паладино проводила сеанс в частном доме. Она должна была получить ответ на некий важный вопрос. Что-то напугало ее настолько, что Евзапия прервала сеанс.

История походила на правду. Тем более до Прибыткова доходили слухи, что на том сеансе случилось нечто неприятное.

– Какое отношение это имеет к нам?"

"– Мадам Паладино должна была указать убийцу Серафимы Иртемьевой, – сказал Ванзаров так, будто припечатал. – У нее случилась паника. Сюда следует добавить уверенность мадемуазель Люции, что в вашем кружке поселилось зло.